предыдущая главасодержаниеследующая глава

Большая синица

Большая синица - одна из наиболее многочисленных, интенсивно расселяющихся на восток певчих птиц нашей страны. Она заселяет самые разнообразные лесные и открытые местообитания от северных лесов Европы и Азии до мелких степных и высокогорных рощ, проникая и в южные наши пустыни. Трудно найти другую такую птицу, которая, наряду с воробьями встречала бы нас на каждом шагу.

Еще недавно гигантский ареал этой синицы изображали от Атлантического до Тихого океанов, включая в него Южную, Восточную и Юго-Восточную Азию, а также большую часть Малайского архипелага. Теперь систематики все чаще выделяют на этом огромном пространстве 3 самостоятельных вида: европейскую большую синицу, дальневосточную малую синицу и среднеазиатскую (или бухарскую) синицу. Всего в этой группе насчитывают около 30 подвидов, большая часть которых населяет Индию, Юго-Восточную Азию, Китай и прибрежные острова Тихого океана. Здесь же следует искать и родину этих птиц. Большое количество относительно древних подвидов эти синицы образуют в Средиземноморье, Передней и Средней Азии. Именно эта обширная полоса, протянувшаяся по Средиземноморью от западных берегов Европы до Индии и Малайского полуострова, включает 3 главных древнейших очага развития больших синиц: средиземноморский (место формирования европейской большой синицы), среднеазиатский (место формирования бухарской синицы) и дальневосточно-южноазиатский (область древнейших подвидов и популяций всего комплекса этих птиц).

Большая синица. Фото А. М. Соколова
Большая синица. Фото А. М. Соколова

Таким образом, основные этапы истории развития больших синиц можно представить в следующем виде. Сформировавшись как птицы тропических и субтропических районов Юго-Восточной Азии (а в еще более древние эпохи, возможно, и Африки), в третичную эпоху эти синицы широко заселили всю Палеарктику (за исключением Сахары). В период высыхания древнего океана Тетиса и формирования среднеазиатского пустынного очага возникла группа серых бухарских синиц с несколькими подвидами. В ледниковый период был сдвинут к югу, а затем разорван и расчленен огромный евразийский ареал древней малой синицы (или предковой формы современных больших и малых синиц). Возможно, что часть доледниковых форм этих птиц сохранилась на Кавказе и в горах Средней Азии. Современная малая дальневосточная синица оказалась изолированной на Дальнем Востоке.

В Европе и главное - в Средиземноморье предковые формы современной большой синицы, по-видимому, тесно связанные с буковыми лесами, пройдя стремительный путь развития, образовали несколько новых подвидов с увеличенными и более мощными клювами и коготками. В более холодных зонах Европы или Средиземноморья, близких к границам ледника, сформировались 2 новых холодоустойчивых подвида: английский (заселивший Англию и Ирландию) и северный, который с отступлением ледников заселил Центральную и Северную Европу и начал стремительное расселение на восток, захватив к настоящему времени все огромное лесное пространство Сибири до берегов Тихого океана. Южная граница этого наиболее сильного и прогрессивного подвида проходит в южных горах Европы, степях и пустынях Казахстана, в горах и степях Южной Сибири и Приамурье, где так и не вышедшая из занятых ледником участков малая синица встречается со своим сильным потомком.

Очень любят большие синицы гнездиться в широколиственных и смешанных лесах. Фото Г. Н. Симкина
Очень любят большие синицы гнездиться в широколиственных и смешанных лесах. Фото Г. Н. Симкина

Особенно высокой численности большие синицы достигают в буковых лесах, где ловко расклевывают богатые питательными веществами буковые орешки. Фото Г. Н. Симкина
Особенно высокой численности большие синицы достигают в буковых лесах, где ловко расклевывают богатые питательными веществами буковые орешки. Фото Г. Н. Симкина

На большей части нашей страны большая синица - оседлая либо частично кочующая птица. Число птиц, остающихся на зимовку в местах гнездования, сильно колеблется по годам. Чаще на юг откочевывают молодые птицы, особенно вторых выводков, и некоторые самки. На зимовках большие синицы держатся устойчивыми стайками. В средней полосе России такие стайки состоят из 6-15 птиц. Обычно число самцов в них бывает больше числа самок. В стайках собираются птицы разного возраста. Число старых самцов в стайке бывает невелико. Меньше в стайках бывает и молодых, еще не достигших годовалого возраста особей.

В морозные зимы на особенно надежных кормушках в Подмосковье к середине зимы можно собрать более 30 птиц. Иногда в зимних стайках появляются и птицы других районов. Среди них нередко бывают либо одни самцы, либо одни самки. Такие птицы часто отличаются по размерам и окраске. В Подмосковье иногда появляются очень крупные самцы, которых некоторые птицеловы называют "графами". Это очень крупные, яркой канареечной окраски, с угольно-черными галстуками и шапочками птицы. Держатся они особняком, но монолитной, своей группой. Эти птицы могут стать "силовыми" доминантами стайки, но при старом и сильном вожаке оседлых синиц могут и уступать им первенство. Часто такие дальние чужаки внезапно исчезают.

Интересна жизнь зимней синичьей стайки. Стайка никогда не бывает собранием одинаковых по положению и облику птиц. Это сложно и строго организованное сообщество со своими порядками, иерархией и образом жизни. Голландскому ученому Л. Тинбергену удалось установить, что даже зимой большие синицы прочно удерживают за собой особые участки, которые они охраняют (хотя и не так строго, как гнездовые), и на которых расположены их дупла и скворечники, используемые для ночевки. Такие участки были названы домициллами, что можно перевести как "место прописки".

Зимой, особенно в хорошую солнечную погоду, уже в январе слышатся особые "весенние" крики, суета и гомон больших синиц, а иногда и их первые песни. В самом начале весны света песни раздаются на хороших кормушках или в местах удачной охоты до первых сумерек. Интересно понаблюдать за этими последними минутами напряженного дня. Вот чуть потемнело. В густо-малиновом зареве за лесом садится солнце. Среди заснеженных кустов в саду или на опушке леса на широкой лесной поляне вдруг наступает какая-то особая предвечерняя тишина. Как по команде, затихает гомон синиц. Вот незаметно исчезла одна, потом другая, третья... Еще торопливо, но теперь уже молча, снуют у кормушки последние, торопящиеся набрать больше корма, а следовательно, и тепла на ночь птицы. Особенно торопятся молодые, которым днем не всегда удается опередить старых, доминирующих в стае и насытиться прежде птиц высокого ранга.

Но отойдем от кормушки, чтобы суетящиеся здесь синицы не отвлекали нас. Сядем в сторонке и понаблюдаем за птицами, улетающими от кормушки дальше других. Вот тихо спланировала в гущу старых елей крупная зеленая самка. Спряталась в густых еловых лапах. Огляделась вокруг и, тихо просвистев "ци-уить... ци-уить", юркнула в дупло. Здесь она ночует почти всю зиму. Это ее домицилла. Ночью можно тихо подняться к дуплу, заранее, чтобы не тревожить во сне осторожную птицу, приставив лестницу к стволу старой сосны, на которой расположено дупло. Поднимемся по лестнице, тихо включим маленькую лампочку нашего "перископа"-дуплоглаза и заглянем в дупло: птица спокойно спит на его дне, глубоко спрятав голову под крыло или крепко прижав ее к телу. Если синица проснется и заметит в дупле посторонний предмет, она может вдруг зашипеть и, подобно настоящей змее, медленно покачать головой - так пугают врагов, подражая змеям, многие птицы, гнездящиеся в дуплах.

Быстро темнеет. Теперь уже почти все синицы тихо и осторожно, стараясь не привлечь внимания хищников, разлетелись по своим домициллам. Одни ночуют в старых гнездах, в скворечниках и дуплянках, другие - в щелях растрескавшихся стволов. Некоторые, особенно молодые, еще не нашедшие для себя дупел, ночуют под застрехами окон. А одна синичка выбрала для ночевки теплую щелку на крыше у печной трубы. От неловкого положения в норке перья на хвосте этой птицы изогнулись наподобие лиры, как у тетерева, птица стала почти черной от сажи.

Если внимательно изучить всех птиц, то постепенно можно узнать каждую из них в лицо. Одна - самая крупная и самая яркая в стае. У другой верхняя часть клюва, так называемое надклювье, - чуть длиннее и загибается вниз, как кончик клюва у ястреба. Эта - чумазая птица с измятым хвостом. У 3 молодых самцов черные полоски на брюшках (галстучки) оканчиваются, не доходя до черного подхвостового пятна, и имеют разную форму.

Очень важно индивидуально знать каждую птицу. Тогда откроются самые интересные тайны. Все самцы в стайке как бы выстраиваются по ранжиру. Доминант - субдоминанты - подчиненные особи, и так до конца этой удивительной иерархической цепочки. У каждого свое место, свое положение в стае. Самки образуют точно такую же параллельную цепочку. И у самцов и у самок бывают случаи, когда размеры, масса и темперамент птицы очень близки. Тогда при встрече на кормушке близкие по рангу птицы принимают грозные позы, вытягиваются вдоль веточки и наклоняют голову вниз, демонстрируя сопернику черную шапочку на голове. По ее размерам и цвету другая птица легко узнает возраст и ранг соседа. В других случаях один из соперников поворачивается боком. Иногда самцы высоко приподнимаются на упруго вытянутых ножках, становятся столбиком, поворачиваются грудью друг к другу и медленно, наподобие маятника, неожиданно поднятого вверх, раскачиваются из стороны в сторону. В такой вертикальной позе самцы демонстрируют друг другу главную метку своего наряда - большое черное пятно в нижней части брюшка, почти под хвостом, которое при этом вдруг распушается и резко увеличивается в размерах. Это самый главный признак возраста и иерархического ранга самца. Поза столбиком чаще всего появляется весной в период образования брачных пар и борьбы самцов за гнездовые участки. Иногда в этой позе 2 самца вдруг срываются с ветки в воздух, и, неловко трепеща крылышками, зависают друг против друга и, будто разделенные невидимой вертикальной перегородкой, скользят вдоль нее, то вверх, то вниз, часто опускаясь почти до земли. Ученые называют такой ритуал "вертикальным полетом самцов".

Но самое интересное в зимней жизни больших синиц - это механизмы охраны и обороны стаи. У большинства зимующих на одном месте стай бывает главный самец - доминант, вожак группы. Это обычно самый крупный и сильный, часто (если он достаточно стар) - густо и ярко окрашенный самец. Считалось, что главная черта, позволяющая одному из самцов занять место вожака стаи, - это его возраст и сила. Но более тщательные наблюдения показали, что истинными вожаками стаи нередко становятся самцы, гнездившиеся летом на том участке, где зимой располагается кормушка. Причина вполне ясна - только этот самец, в мельчайших деталях знающий весь свой участок, его самые надежные места, где можно спрятаться от внезапно налетевшего ястреба, укрыться от нагрянувшей кошки, может обеспечить надежную охрану стаи. Он же лучше знает, откуда чаще всего появляется грозный враг. Эти наблюдения позволили открыть в стаях птиц более сложные, чем считалось обычно, так называемые "ролевые" социальные структуры. В соответствии с ними, помимо обычной силовой и возрастной иерархии, в стае существует и более тонкая социальная, или психологическая, иерархия: в разные моменты жизни стаи ее лидерами могут быть разные птицы.

Образование брачных пар у оседлых больших синиц часто начинается еще в зимних стайках в середине марта. В эти дни все чаще слышатся песни, весенние покрики, а иногда и весеннее бормотание, или подпесни, самцов. Подпесня у больших синиц представляет собой тихий торопливый набор скрипучих, булькающих и пузырчатых звуков (разнообразных туго свернутых или, наоборот, рыхлых трелек). Весенний покрик - это коротенькая в 2-3 слога песенка, которая выкрикивается 1, 2 или 3 раза. С первыми днями весны в стайках все чаще вспыхивают шумные споры между самцами, и весеннее брачное возбуждение словно разрывает зимнее сплоченное сообщество изнутри. Резко учащаются в эти дни угрожающие демонстрации птиц, вертикальные позы и полеты самцов, вытягивание, приседание и др.

Первыми образуют пары старые птицы. Часто в таких случаях самец уводит самку из стайки на территорию своей домициллы, превращая ее в гнездовой участок. Иногда такая парочка взрослых птиц отправляется на поиск новых гнездовых дупел и гнездового участка. К началу апреля обычно распадаются все зимние стайки местных птиц. Большинство зимовавших в данном районе синиц устраивают гнездовые участки на территории зимних своих домицилл или поблизости от них. Иногда гнездовая территория формируется на месте домициллы самки. Отмечены случаи объединения в гнездовой участок 2 домицилл брачных партнеров, если их зимние участки располагались рядом.

В конце марта - начале апреля начинаются массовые кочевки больших синиц, зимовавших на юге, в северные гнездовые районы. Прилетающие позже самцы и молодые птицы занимают участки, остающиеся свободными после расселения оседлых птиц. Нередко в наиболее благоприятных местах (в лесных и садовых поселках, старых садах и парках, в смешанных и лиственных лесах с густой развеской дуплянок) синицы гнездятся с высокой плотностью, образуя крупные и густые поселения. В таких случаях на 1 га может гнездиться 3 и даже 5 пар птиц, а на 1 км2 20-25 пар. При этом расстояния между гнездами могут сокращаться до 50 м (иногда и до 30 м), а радиус гнездового участка - до 25 м. Временами образуются организованные гнездовые поселения, в которых самцы занимают разные иерархические ранги. Между ними устанавливается регулярная вокальная связь. Нередко они вступают в согласованную звуковую связь не только с ближайшими соседями, но и с дальними самцами поселения.

В разгар брачного периода (между занятием гнездового участка и началом насиживания) самцы больших синиц поют очень много. Их песни обычно образуются на основе соединения 2 типов позывов и представляют собой монотонное повторение этих слогов. В средней полосе чаще всего встречаются песни следующих типов: "ци-ци-пинь", "ци-ци-пи", "ци-ти-ти", "ци-пинь", "ци-ти", "ци-пи". Значительно реже можно услышать песни, формирующиеся на основе звуков, уже исчезнувших или крайне редко встречающихся в системе позывов (песни типа "цили-цили" и др.). Крайне редко можно отметить песни, состоящие из 3 типов позывов ("ци-ти-ли", "ци-ти-при", "ци-ти-пи" и др.). Бывают редкие случаи, когда у самцов появляются совершенно "ужасные" песни, включающие, например, сигнал "схваченного" или сигнал "бедствия" ("ци-ци-джи" или "ци-ци-зии"). Такие самцы, по-видимому, отпугивают своей чудовищной песней самок и остаются холостыми.

Каждый самец большой синицы имеет в своем репертуаре от 2-3 до 5-7 (иногда даже до 12) типов песен. Однако большинство самцов чаще используют не более 2-3-4 типов. В одном сеансе пения, иногда длящемся более часа, не удается услышать более 2-3 типов песен. Многие типы песен самцы используют крайне редко или поют их значительно тише остальных (для себя и для самки). Для выявления 4-5 типов песен у каждого отдельного самца обычно требуется 1-2 недели тщательных наблюдений, а для выявления максимального репертуара часто не хватает и целого гнездового сезона.

Любители комнатного содержания больших синиц неоднократно отмечали, что даже после нескольких лет жизни в неволе самцы вдруг радовали их новыми и необычными типами песен. Интересно, что наиболее сложный песенный репертуар и наиболее богатая система позывов характерны для молодых птиц. С возрастом самцы как бы забывают многие необычные типы песен и позывов, а старые самцы нередко сохраняют лишь 1 или 2 основных типа песни и только "костяк" основных позывов. Это удивительное явление заставляет нас отдать предпочтение наследственному характеру песни и системы позывов больших синиц и более критично изучать так называемые традиционные (возникающие на основе рефлекторных навыков) формы развития позывов и песни этих птиц.

При всех трудностях выявления индивидуального репертуара каждой птицы в больших и густых поселениях регулярно удается открывать все новые и новые песни. В больших группах в Подмосковье нам удавалось насчитывать 10- 15 хорошо различимых типов песен. На Кавказе, где, видимо, наряду с молодыми вселенцами из Европы, сохранились большие синицы - представители древних доледниковых популяций, часто удается слышать не только самые разнообразные современные песни, широко распространенные на территории нашей страны и Европы (ци-ци-пинь, ци-ци-ти, ци-ци-пи и др.), но и крайне архаичные песни.

Многолетние сборы песен из самых различных районов нашей страны и Европы позволили открыть картину невероятного разнообразия репертуара большой синицы в разных областях ее современного ареала. На севере (в Карелии, Архангельской области, Коми АССР) чаще слышны "зашумленные" или "жужжащие" песни, характеризующие более холодоустойчивые формы (биоморфы) больших синиц. Чем древнее форма или популяция этой синицы, тем вероятнее обнаружение более мелодичных песен.

Среди больших синиц Кавказа, Карпат встречаются уникальные певцы, песни которых построены в соответствии со строгими музыкальными интервалами, характерными и для народных музыкальных мелодий. Однако эти удивительные проблемы, впервые поставленные и частично решенные венгерским музыкантом и орнитологом П. П. Сёке, не разработаны современной наукой.

Услышать удивительную гармонию этих песен можно, уменьшая скорость движения пленки на магнитофоне (замедляя ее в 2-4-8 и более раз). Такой метод транспонирования песни птиц П. П. Сёке назвал методом звуковой микроскопии. Хотелось бы специально отметить, что знание особенностей песни и пения большой синицы может открыть перед любителями и знатоками песни безграничные перспективы и сделать охоту за песней с магнитофоном увлечением на многие годы жизни.

С песней больших синиц связаны многие важные биологические функции. Предвесеннее бормотание, подпесня, первые короткие песни и покрики свидетельствуют другим синицам о начале брачной активности того или иного самца. Более регулярное пение еще в зимней стайке (без занятия гнездовой территории) способствует активизации гормональных циклов и брачного поведения других самцов и самок. После закрепления самца на гнездовом участке наряду с этими функциями усиливаются территориальные функции песни. Регулярным пением в разных точках гнездовой территории и у дупла самец сигнализирует самке, своим соседям и бродячим в поисках свободных территорий синицам о том, что данный участок занят. С формированием гнездового поселения начинаются регулярные переклички самцов. Силой, звучностью своей песни, а иногда и присутствием в репертуаре особых песен самцы демонстрируют соперникам и соседям свой возраст, силу, вокальный опыт, а следовательно, и иерархический ранг.

Особое значение регулярное и долгое пение самцов в поселении имеет для активизации и синхронизации гормональных и брачных циклов у участников поселения. Такие регулярные сеансы поочередного пения в разгар брачного периода нередко длятся часами. Особенно активно поют, возбуждая друг друга, самцы-соседи. В эти дни песни синиц становятся особенно длинными. Без перерыва каждый самец может петь до 25 (иногда даже до 33) песен, прежде чем он предоставит возможность сменить себя другому самцу, вступившему с ним в вокальную согласованную связь. Если в такие (обычно солнечные и теплые) дни сядешь где-нибудь рядом с активно поющими самцами и в течение часа послушаешь их монотонное пение: "ци-пинь...ци-пинь...ци-пинь...ци-пинь..." (и так громко, пронзительно, бесконечно), то, и покинув этот концерт, невольно будешь слышать эти назойливые бесконечные звуки, которые еще долго будут звучать в мозгу, напоминая навязчивый ритм знаменитой когда-то песенки "Режьте билеты... режьте билеты", от которой в детстве иногда не удавалось отделаться несколько дней.

Этот пример наглядно свидетельствует о специальном значении песни большой синицы как стимулятора и синхронизатора репродуктивных процессов. По-видимому, именно эта функция, в конечном итоге, является наиболее важной в жизни большой синицы. Именно с доминированием этой функции можно связать трудности выявления полного репертуара самцов, так как второстепенные песни используются лишь в редких ситуациях подбора соседей, сохраняющих в своем геноме (совокупность генов) черты более древних предков. Тот факт, что чем древнее песня, тем тише она исполняется самцом, свидетельствует о том, что такие песни важны лишь для подбора самки, в геноме которой сохранилось "влечение" ("воспоминание") о тех же древних предках, что и у данного самца. Однако все эти сложнейшие проблемы генетики природных популяций птиц лишь в первом приближении формулируются современной наукой.

Многие старые самцы, занимающие гнездовые участки без самки, часто охраняют и удерживают территорию значительно большую по размерам, чем окончательный гнездовой участок. Такую территорию у птиц можно назвать первичным гнездовым районом. Большие размеры этого первичного участка определяются тем, что до появления самки самец пытается удерживать в своем распоряжении несколько запасных дупел или дуплянок. Ведь главное слово в выборе самца, одобрении или, наоборот, неодобрении приготовленного им дупла и участка принадлежит самке.

Очень интересна у больших синиц процедура первой встречи будущих брачных партнеров. Самец при этом не только ухаживает за самкой, вертится перед ней, принимает разнообразные позы, иногда приседает, трепещет или дрожит приспущенными крылышками, изображая птенца и даже издавая птенцовые звуки, но и демонстрирует самке все намеченные им для гнезда дупла. Самка, склоняясь к образованию пары, нередко сама демонстрирует самцу поведение птенца, как бы испытывая и проверяя его родительский опыт.

Эту удивительную идею адаптивности брачных ритуалов птиц, направленных на испытание, проверку критических для выживания потомства форм поведения брачных партнеров, впервые сформулировал наш прекрасный знаток биологии и поведения певчих птиц К. Н. Благосклонов. Он считал, что включение в брачные ритуалы так называемых "поцелуев" птиц - процедур ритуального кормления самки самцом, манипулирования веточками и гнездовым материалом и т. д., - направлено на проверку самкой степени развития важнейших форм родительского поведения самцов.

Гнездятся большие синицы в самых разнообразных местах, предпочитая при этом лиственные деревья: в дуплах, самых разнообразных дуплянках, щелях, трещинах, углублениях стволов и крупных ветвей, в дуплообразных полостях каменных и деревянных строений и даже в почтовых ящиках, цементных вертикально стоящих трубах и в полостях фонарных столбов.

Гнезда большие синицы устраивают обычно в дуплах и утепляют их большим количеством мягкой и пышной шерсти. Фото Ю. Б. Шибнева
Гнезда большие синицы устраивают обычно в дуплах и утепляют их большим количеством мягкой и пышной шерсти. Фото Ю. Б. Шибнева

Гнездо строит самка на дне дупла, используя при этом зеленый мох, травинки, стебельки, тончайшие кончики сухих веточек, лишайники и другие материалы. Так закладывается подушка (или основание) гнезда. Иногда такая подушка (или "пробка") при гнездовании в вертикальной трубе может быть очень прочной и толстой. При первом весеннем гнездовании в нормальном дупле толщина основания гнезда обычно равна 60-80 мм, при второй (летней) кладке основание делается тоньше, до 40-45 мм. На постройку гнезда в сухую погоду уходит 2-3 дня, а в дождливую до 5-6 дней. В гнездо самка складывает лишь сухой строительный материал и в дождливую погоду, по наблюдениям Е. С. Птушенко, она гнездо не строит. Основные стенки гнезда самка складывает из большого числа мягких шерстинок, волос, пуха, а иногда и перьев. В итоге гнездо получается очень пышным, теплым и мягким. Оно не только надежно сохраняет тепло насиживаемой кладки, но и прекрасно скрывает ее в отсутствие птицы.

В Подмосковье строительство гнезд чаще начинается с середины апреля и длится до середины мая. Первые яйца самка иногда откладывает в незаконченное гнездо. Еще не насиживаемые яйца первой кладки самка, покидая гнездо, всегда прикрывает гнездовым материалом и обнаружить их в гнезде бывает довольно трудно. После снесения 7-го или 8-го яйца самка уже остается сидеть на них, но через 1-2 ч обычно вылетает из дупла, укрыв кладку. Плотное насиживание начинается чаще с предпоследнего яйца. Последние яйца самка обычно несет не ежесуточно, а через 48 ч.

Большая синица обычно откладывает очень большие кладки (9-13, а иногда и 16 белых с красно-коричневыми пятнышками яиц). Как и у других синиц, кладку насиживает самка. Самец в это время регулярно кормит ее, вызывая из дупла свистом. Насиживание продолжается 13-14 дней. В это время самка периодически покидает гнездо, но уже не укрывая кладки, что способствует периодическому охлаждению яиц. Вернувшись в дупло, она регулярно переворачивает яйца, прежде чем снова сядет на них. Птенцы в кладке выклевываются в течение 2 суток. Остатки яичной скорлупы взрослые птицы выносят из гнезда. Первые дни птенцов в основном кормит самец, так как самка много времени тратит на обогревание выводка. Обогревание птенцов она обычно прекращает к 6-7-му дню их жизни. На последних этапах пребывания птенцов в дупле самка кормит их чаще самца.

Зимой большие синицы ловко обследуют не только заснеженные кроны деревьев, но и часто спускаются на землю в поисках осыпавшихся с деревьев семян, разыскивают зимующих личинок и насекомых в кустах. Фото Г. Н. Симкина
Зимой большие синицы ловко обследуют не только заснеженные кроны деревьев, но и часто спускаются на землю в поисках осыпавшихся с деревьев семян, разыскивают зимующих личинок и насекомых в кустах. Фото Г. Н. Симкина

Интересно, что у больших синиц иногда в выкармливании птенцов принимают участие и другие синицы (обычно потерявшие свою кладку или оставшиеся холостыми). В час родители приносят птенцам около 20 порций корма. Размеры охотничьих участков у этих синиц, по наблюдениям А. А. Иноземцева, колеблются от 8500 до 10500 м2. В гнезде птенцы остаются в течение 19-20 дней. Однако при испуге они могут выпрыгнуть из гнезда и в двухнедельном возрасте. Большую часть времени выкармливания птенцов самка ночует в дупле вместе с ними, а затем, как и самец, начинает спать вне гнезда.

Массовый вылет птенцов первых выводков в средней полосе обычно бывает в конце мая - первой половине июня. Из поздних кладок птенцы вылетают в конце июня. Вылетают птенцы из гнезда чаще днем целыми группками и уже уверенно могут перепархивать по деревьям. По данным Н. А. Соколова, первые дни на ночевку птенцы возвращаются в гнездо, но вскоре покидают гнездовую территорию и приступают к кочевкам.

В средней полосе, особенно в теплые годы, большая часть синиц приступает ко второй кладке. В эти дни самка в новом месте за 3-4 дня сооружает новое гнездо и начинает кладку. Основные заботы по докармливанию первого выводка в течение 7-14 дней берет на себя самец. Если на вторую кладку самка не избирает себе нового самца, самец водит выводок в окрестностях второго гнезда и нередко возвращает его к новому гнезду, чтобы попеть здесь или покормить уже приступившую к насиживанию новой кладки самку. Днем он периодически покидает птенцов и прилетает ко второму гнезду.

Во вторых выводках обычно бывает меньше яиц и птенцов (чаще 7-9). Птенцы второй кладки выклевываются в Подмосковье с конца июня до середины июля. В выкармливании птенцов второго выводка самец принимает столь же активное участие. По данным Г. Н. Лихачева, Е. С. Птушенко, А. А. Иноземцева и многих других авторов, на разных этапах выкармливания птенцы больших синиц получают от 300 до 500 порций корма в день. Причем отмечена строгая закономерность в активности выкармливания в зависимости от количества птенцов в выводке. Так, при 14 птенцах за 18 дней птенцы получали 6368 порций корма, а при 12 птенцах - 5489 порций. Следовательно, чем больше птенцов в выводке, тем чаще кормят их взрослые птицы.

В тех случаях, когда вторую кладку самка делает в том же гнезде, что и первую, резко увеличивается смертность птенцов и, по наблюдениям Г. Н. Лихачева, из 8 птенцов до вылета из гнезда доживают только 2-3 птенца. Это объясняется тем, что скопившиеся в старом гнезде паразиты нападают на птенцов и истощают их. Массовый вылет птенцов вторых выводков в средней полосе проходит со второй половины июля до середины, а иногда и конца августа. Птенцы этих выводков часто вырастают ослабленными, а нередко и не находят свободных участков для жизни зимой. В связи с этим большая их часть не остается зимовать в местах рождения, а откочевывает к югу.

В период перехода к послегнездовым кочевкам большие синицы ведут активный образ жизни. Они постоянно встречаются в самых разнообразных местах и ближе к осени начинают собираться в поселениях человека, нередко покидая леса и районы своих гнездовий. В это время, а также в период зимовки у жилья человека (особенно у постоянных кормушек) легче всего изучать "язык" этих подвижных и интересных птиц.

Звуковая система сигнализации больших синиц очень сложна и относится к коммуникативным системам эмоционального типа, основные принципы действия которых детально рассмотрены нами на примере дроздов-рябинников, московок и других видов. Она включает подсистему контактных сигналов "ци", которая действует на небольших расстояниях и образована высокими, часто тонкими свистами, очень трудными для локации, а иногда и вообще не воспринимаемыми слуховой системой хищных птиц. Одним из важнейших сигналов этой группы служит сигнал "на ястреба" - тонкий, высокий, "игольчатый" свист - длинное "цииии". Этот сигнал синицы издают при появлении пернатого хищника. В ответ на него все члены стайки либо мгновенно скрываются в надежных укрытиях, либо, застигнутые врасплох, мгновенно и надолго замирают на месте.

Тихими пикающими сигналами большие синицы перекликаются при непосредственном контакте. Логика кодирования информации этими сигналами аналогична таковой у московок, корольков и других птиц. Большие синицы, как более крупные и энергичные птицы, все же реже пользуются системой этих высоких свистов, отдавая явное предпочтение сигналам других типов. Однако многие сигналы из репертуара большой синицы начинаются отчетливыми свистами и образуют с ними прочные комплексные структуры типа "ци-ци... уить", "ци... вить" и т. д. Впрочем, эта особенность характерна и для других видов синиц, в частности для лазоревок, московок, гаичек, гренадерок.

В системе дальней сигнализации многие спокойные ситуации отображаются сигналами "ци-уить" или "ци-ци-уить". Этот сигнал чаще слышен в гнездовой период. Он служит для оповещения о месте нахождения птицы в данный момент, о ее появлении у гнезда, для призыва партнера и подросших слетков. Этот сигнал обычно слышится перед уходом синицы в гнездо на ночевку. Его можно отнести к категории ориентирующих сигналов. Он никогда не звучит слишком часто и не образует больших серий. Для того чтобы подчеркнуть важность момента, птица может изредка лишь сдвоить элементы "уить": "ци-ци-уить-уить".

В гнездовой, но чаще во внегнездовой период с аналогичными значениями используется более громкий и резкий сигнал "вить" ("ци-ци-вить"), по-видимому, слышный на значительно больших расстояниях, чем сигнал "уить". Этот сигнал нередко издается "пачками" и может сопровождать более опасные ситуации ("вить-вить...вить-вить-вить").

В словарях больших синиц встречаются многие модификации сигнала "вить" ("твить", "пить", "цить", "ить", "тви" и т. д.). Они выражают различные оттенки этого сигнала, а у отдельных особей и популяций больших синиц могут и заменять его.

Следует иметь в виду, что вариации сигналов синиц настолько разнообразны, что их относительно плавные, но четко определенные переходы связывают в единую сеть все наиболее важные категории звуков. Так, сигнал "цить" связывает между собой микросистемы сигналов "ци" и "вить". В свою очередь сам сигнал "вить" является модификацией сигнала "уить". Среди сигналов "вить" иногда появляются трелевые варианты ("врить"), которые через формы "прить", "црить" и другие вновь выходят к микросистеме сигналов "ци" (ее трелевым формам) и микросистемам сигналов "при", "цри" и т. д.

Широкое перекрывание полей значений сигналов синиц, образующих как бы плотную и прочную чешую панциря, долго дезориентировало исследователей, пытавшихся изучать языки птиц, создавало у них впечатление бессмысленности и смысловой пустоты этих языков. Доводила до полного отчаяния невероятная сложность сигнального состава звуковых потоков, мгновенная и постоянная их перестройка. Теперь становится ясно, что многообразие форм, тончайших вариантов сигналов, высокая подвижность их сцеплений - свидетельство тонкости и совершенства сигнальных кодов, возможность передавать с их помощью малейшие нюансы изменения состояний (в том числе и эмоциональных), а также обстановки во внешней среде.

В качестве важнейшего (так называемого социального) сигнала, используемого в умеренных ситуациях волнения и тревоги, при потере партнера или стайки, при появлении тревожного, но реально пока не опасного объекта (человека, собаки, кошки, вороны и т. д.) выступает сигнал "пинь" или "ци-ци-пинь". Этот сигнал в системе коммуникации занимает как бы промежуточное положение между одиночными сигналами (типа "уить") и комбинаторными сигналами (большинство сигналов системы "ци"). Сигнал "пинь" большие синицы могут группировать в пачки из 2-3-4 элементов: "пинь... пинь-пинь... пинь-пинь-пинь" и т. д. При свободном комбинировании пачек разной структуры в непрерывном звуковом потоке появляется возможность отображения довольно тонких изменений, происходящих во внешней среде или в состоянии птицы. Учащение пачек сигналов с большим числом элементов указывает на обострение ситуации, а уменьшение, наоборот, на снижение возбуждения и улучшение обстановки.

Сигналами внезапного испуга у больших синиц чаще выступают 2 категории звуков: так называемый пульсирующий звук и звук "чит". Громкий, резкий, но довольно чистый булькающий или пульсирующий звук - основной сигнал внезапного испуга. Он чаще состоит из 2-3, реже 4 (иногда до 6) элементов. Очень редко синицы издают один такой звук. В форме одиночных или сдвоенных сигналов используется звук "чит". Это сигнал испуга с оттенком раздражения или угрозы. Аналогичные сигналы характерны для гаичек и лазоревок. В некоторых районах нашей страны большие синицы часто издают сигнал "чи", который легко воспроизводится группами ("чи-чи-чи-чи"). Синицы с такими сигналами изредка встречаются и в средней полосе.

Предельная тревога, волнение или раздражение отображаются верещанием, характерным сигналом "чиррири". Иногда этот сигнал называют стрекотанием. При высокой эмоциональности больших синиц многие сигналы тревоги, в том числе и верещание, регулярно появляются и в ситуациях слабого волнения. Вообще частота использования различных сигналов в различных биологических ситуациях зависит от возраста, темперамента и состояния птицы. В стайках синиц постоянно приходится сталкиваться с птицами излишне эмоциональными, отвечающими на любое изменение обстановки веем арсеналом тревожных звуков. Птицы из той же стайки хорошо знают эти индивидуальные черты возбудимых особей и часто не реагируют на их крики.

Сигнал "чиррири" преобладает в большинстве ситуаций тревоги, включая нападение кошки на птенцов в присутствии взрослых птиц. Сигналом агрессии, как и у лазоревок, московок, поползней и многих других птиц, служит резкая мелкая трель "црррр".

Особая группа сигналов связана с ситуациями бедствия и панического ужаса. Такие ситуации у больших синиц выражаются жужжащими сигналами "зии...зии" или "джи...джиии". Некоторые особые варианты этих сигналов производят на синиц поразительное действие. Птицы слетаются к источнику таких сигналов со всех сторон, волнуются, пытаясь обнаружить источник звука.

У больших синиц можно услышать множество редко встречающихся сигналов, которые представляют собой либо закономерные вариации перечисленных выше основных типов сигналов, либо совершенно особые сигналы, отмечаемые только у отдельных особей или в отдельных районах их ареала. Так, особые последовательности образуют редкие сигналы "ри" ("цври", "ври", "при", "прить", "врить", "рить"). Значительно чаще, но далеко не у всех птиц можно услышать позывы "ти-ти-ти" или "пи-пи-пи", которые чаще используются в песнях синиц ("ци-ци-пи", "ци-ци-ти", "ци-пи", "ци-ти" и др.). Крайне редко можно услышать сигналы "пци", "ци-пюи", "тли-тли-тли", "тили-тили-тили", "цли-цли", "цви-ти", "ци-ци-ли", "твиньть-твиньть", "тинь-тинь" и многие другие. Значение этих сигналов неясно.

Особую группу сигналов составляют позывы со строго определенными биологическими функциями, но встречающиеся лишь у отдельных особей. Так, всего 2 раза нам удалось слышать сигнал, издававшийся большими синицами при обнаружении больших запасов корма (на кормушке). Это сигнал "тсии". Десятки и сотни других птиц, обнаруживая корм, не издают никаких особых сигналов. Всего 2 раза у самцов большой синицы мы слышали сигнал "приглашения самки в дупло", который звучал как частое негромкое циканье: "ци-ци-ци-ци-ци...". Аналогичный сигнал очень характерен для репертуара самцов мухоловки-пеструшки и издается ими при соответствующих ситуациях постоянно. Бесконечно разнообразны у большой синицы способы группировки различных сигналов в сложные группы. О принципах действия таких сложных последовательностей сигналов рассказано в очерке о дрозде-рябиннике.

Таким образом, звуковые словари отдельных особей больших синиц могут быть очень изменчивыми. Средний набор сигналов большинства птиц обычно включает 20- 25 типов звуков. Но уже в группе из 20-30 птиц можно выявить 40-50 сигналов, а у синиц более крупного географического района - 80-90. Кроме того, как отдельные птицы, так и отдельные группы и популяции синиц для отображения одних и тех же ситуаций могут отдавать предпочтение различным типам позывов. Изучение всех этих тонкостей языка синиц представляет очень сложную и многоплановую проблему.

Кормовой рацион больших синиц довольно разнообразен. Большую роль в выкармливании птенцов обычно играют гусеницы бабочек, особенно массовых видов (дубовой листовертки, пядениц и др.). По наблюдениям А. Н. Промптова и Е. В. Лукиной, маленьких птенцов большие синицы часто кормят, выдавливая им содержимое пауков. Часто приносят они к гнезду личинок пилильщиков, мелких бабочек, мух, слепней, муравьев. Родители регулярно дают птенцам и минеральные корма (землю, скорлупу яиц, раковинных моллюсков).

В питании взрослых птиц и подросших птенцов, кроме перечисленных кормов, значительную долю составляют жуки (долгоносики, щелкуны, листоеды и др.). Осенью и зимой велика роль растительной пищи: семян ели, сосны, липы, клена, березы, сирени, подсолнечника, конопли, пшеницы и других зерновых злаков, а также плодов красной бузины, рябины, ирги, черники. В Европе большие синицы охотно питаются орешками бука, часто расклевывают желуди.

В сентябре резко расширяются масштабы осенних кочевок молодых синиц. Взрослые птицы чаще ведут оседлый образ жизни. Однако общая картина территориального поведения больших синиц очень изменчива. В разных районах и в разные годы к оседлому образу жизни переходит разное количество взрослых и молодых особей. По наблюдениям многих авторов, около 50-70% молодых синиц зимуют в пределах 100 км от мест рождения. Около 25-30% молодых птиц средней полосы, мигрируя в юго-западном направлении, скоро выходят за границы этой зоны и к концу сентября - середине октября оказываются в 1700-2700 км от Московской и Рязанской областей: на Балканах, в верховьях Дуная и в бассейне Рейна, где и проводят зиму. Часть из них весной возвращается к местам рождения (данные Г. Н. Лихачева). Больший гнездовой консерватизм, по наблюдениям Н. И. Дергунова и других исследователей, проявляют взрослые птицы и особенно самки. Многие из них всю жизнь гнездятся в одних и тех же микроучастках леса и здесь же проводят зиму. Наблюдения О. П. Смирнова и В. М. Тюрина в Ленинградской области показали, что первогодки составляют 70% гнездящихся особей. Число особей старше 3 лет не превышает 2%. Из повторно отловленных 1500 синиц до 4 лет дожили 16 особей, до 5-4 и до 6-3 особи. Одна самка дожила до 11 лет.

предыдущая главасодержаниеследующая глава







© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, статьи, оформление, разработка ПО 2001-2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://ornithology.su/ 'Библиотека по орнитологии'
Рейтинг@Mail.ru