предыдущая главасодержаниеследующая глава

Белобровик

Как и рябинник, белобровик формирует современный свой ареал из приледниковых ландшафтов Европы. Еще недавно он заселял целиком только Исландию и Скандинавский полуостров. Его не было в Ирландии, на большей части Англии (кроме Шотландии). Не встречается он и сейчас на большей части Европы. Интересно и то, что Исландию, Шотландию и некоторые острова Северной Атлантики населяет совершенно особый локально распространенный, может быть, даже первичный подвид. Наоборот, в нашей стране белобровик не только освоил все северные леса европейской части и во многих районах заселил даже кустарниковые участки тундры, но и быстро расселяется на восток. Особенно стремительно расселение идет именно по северным районам тайги и лесотундре, так как, добравшись до Колымы, заселив гигантские пространства сибирской тайги от Таймыра до Байкала, белобровик не занял пока благоприятные для него области южной Якутии, Приамурья и Тихоокеанского побережья. Все эти черты характеризуют белобровика как северную холодоустойчивую форму. Создается впечатление, что этот вид сформировался чуть ли не в самом сердце европейского ледника, так как живет он даже в совершенно безлесной покрытой и сейчас еще мощным ледниковым панцирем Исландии.

На большей части ареала белобровик - перелетная или частично зимующая птица. И хотя он идет дальше рябинника на север, на зимовки в средней полосе остается реже и в меньшем числе, чем рябинник. По зимнему поведению он скорее напоминает более южную и более теплолюбивую птицу. Загадочно в этом отношении и пристрастие белобровика к туе, в плотной и густой кроне которой эта птица очень любит вить свои гнезда. Интересно и пока необъяснимо совпадение южной границы ареала белобровика с южной границей ели, хотя особого пристрастия белобровика к этой породе пока установить не удалось.

Как и у многих приледниковых форм, у белобровика при относительно широком выборе гнездовых местообитаний (от тундр, зарослей кустарников, светлых и разреженных лиственных и смешанных лесов до парков и садов включительно) все же прослеживается тяготение к припойменным лесам, ольшаникам и заболоченным мелколиственным, особенно березовым лесам. Чистых высокоствольных сосняков и сумрачных ельников этот дрозд избегает. Очень характерны для него совершенно особые гнезда, которые эта птица иногда подвешивает на кончиках или в середине тонких ветвей ив и других кустарников, нависающих над водой. В Карелии этот дрозд часто гнездится на каменистых сельгах, заросших редкими соснами и можжевельником, а также в ольшаниках у подножий скал. В тундре гнездится в зарослях ивняка как по берегам рек, так и в глубине междуречных пространств, поднимаясь в горах до пояса березового криволесья.

Дрозд-белобровик очень тесно связан с рябинником и часто гнездится в совместных колониях с ним. Фото Г. Н. Симкина
Дрозд-белобровик очень тесно связан с рябинником и часто гнездится в совместных колониях с ним. Фото Г. Н. Симкина

До настоящего времени остается загадкой слишком северное положение южной границы ареала этого вида как в Западной Европе, так и на территории Украины. Загадочна эта граница и на территории южных нечерноземных и черноземных областей европейской части СССР. Здесь многие широколиственные (дубово-липово-кленовые) и хвойно-широколиственные (из тех же пород с примесью сосны) насаждения исключительно благоприятны для жизни и гнездования этого вида. Однако во многих районах белобровика здесь нет. Это кажется тем более парадоксальным, что среди различных форм белобровика уже давно намечены южные, населяющие подзону хвойно-широколиственных лесов, и северные, заселяющие тайгу и тундру, биоморфы. Эти два главных класса морф резко отличаются своими песнями.

На большей части своего европейского ареала белобровик очень тесно связан с рябинником и гнездится с ним в одних и тех же колониях. Однако если колониальность рябинника достигла высокой степени и привела даже к исчезновению у рябинника громкой призывной и демонстративной песни, то белобровик как бы еще находится на предшествующей стадии развития. Как и рябинник, он довольно часто гнездится и отдельными парами, оторванными от всех контактов с другими гнездящимися птицами своего вида. Его колонии, кое-где образующиеся вне связи с рябинником, скорее напоминают уплотненные групповые поселения. Интересно, что в таких поселениях птицы часто не поют хором, а предпочитают петь по очереди. Песнями обычно перекликаются птицы, гнездящиеся или располагающиеся на расстояниях не ближе 50-70 м.

Нередко белобровик гнездится и отдельными парами в смешанных лесах на деревьях, на пнях и даже на земле. Фото Г. Н. Симкина
Нередко белобровик гнездится и отдельными парами в смешанных лесах на деревьях, на пнях и даже на земле. Фото Г. Н. Симкина

В средней полосе белобровики появляются весной во второй декаде апреля, изредка - в начале апреля. В течение апреля на местах гнездовий оказываются все размножающиеся в этом году птицы. Крупных стай у этого вида обычно не наблюдается. Часто белобровики активно и много поют уже на перелете. В холодные весны стаи разбиваются значительно раньше, чем начинают петь первые самцы, и тогда отдельные самцы молча занимают участки и в течение нескольких дней пытаются развернуть свою громкую песню. Их брачное пение в такие годы начинается со скрипучей негромкой подпесни, очень длинной, мелкой и торопливой.

Через 1-2 дня после появления одиночных самцов в гнездовом районе громкая песня изредка как бы пробивается в ткани подпесни в форме небольшого фонтанчика. Она едва выделяется в потоке верещания и скрипа своими пока что слабыми, но более крупными и округлыми свистовыми звуками. На 5-6-й день ее уже можно легко опознать. Примерно через неделю самец поет ее совершенно свободно либо совсем без подпесни, либо лишь завершая ее подпесней. Скрипучая подпесня или громкая песня в сочетании с подпесней характеризуют токовой период брачной жизни белобровика.

У каждого самца белобровика бывает только одна громкая песня. В отличие от песен других дроздов, она более коротка и весьма примитивна. Песня каждого самца не может быть ни изменена, ни сколько-нибудь заметно модифицирована по желанию самого дрозда. Она жестко фиксирована, и белобровик выкрикивает ее подобно механическому органчику. Если белобровик выкрикивает свою песню по-разному, это, скорее всего, означает, что мы застали его на стадии формирования песни (так называемая стадия "пластической песни"). Крайне редко (на несколько тысяч - одна птица) встречаются самцы с двумя резко различными типами песен. Такие самцы, как правило, не находят самок. Самки боятся их и избегают. Эти самцы - отдаленные гибриды южных и северных форм. Они обычно держатся по периферии гнездовых поселений и очень много и долго (иногда 2-3 недели) поют, широко перемещаясь с песней по гнездовому району (в радиусе 200-300 и даже 500 м).

Наиболее резко по песне различаются северные, так называемые хохочущие или ржущие (наподобие жеребенка) формы и южные белобровики. Песня северных белобровиков напоминает монотонный взбегающий или поднимающийся хохоток: "и-ти-ти-ти-ти". Песни северных хохочущих белобровиков в течение многих лет (50-70-е годы) были в подмосковных лесах довольно редки и однообразны. Однако с середины 70-х годов, когда на севере Московской области из-за устойчивой холодной погоды весной и в первую половину лета началось быстрое сокращение численности южных белобровиков одновременно с нарастанием численности северных, их песня в пределах своего класса постепенно становилась более разнообразной. Но общий звуковой ее план монотонной взбегающей гаммы сохранялся.

Песни южных белобровиков в последние 30 лет были очень разнообразны, но тоже отчетливо объединялись в единый класс. Это были более короткие, чем у северных птиц, включающие разные звуки песни типа "итя-итя-и", "и-чири-чири", "чри-чри-ри", "трю-рю-рю". Общее число типов песен южных белобровиков, которые нам удалось услышать за последние 35 лет, приближается к тысяче. Однако даже при таком разнообразии совершенно одинаковые типы песен у разных птиц и в разных географических районах и в разные годы встречаются постоянно. Так, песню "итя-итя-и" в Подмосковье часто слышали еще в 50-е годы, слышна она здесь и теперь.

Песня белобровика врожденная. Об этом свидетельствует неизменное тождество, абсолютное совпадение изображений песен одного и того же типа, записанных в разных местах и в разные годы. При огромном разнообразии типов песен у птиц одного географического района большинство их легко отличаются друг от друга даже на слух, что свидетельствует об отсутствии в механизме генетической детерминации песни возможности плавной их изменчивости и, наоборот, жестком, предопределении звуковых разрывов.

За 35-летний период в Подмосковье зарегистрированы очень крупные изменения в структуре вокальных репертуаров белобровиков. В 1955 г. на Звенигородской биологической станции МГУ мы насчитывали у белобровиков 24 типа песен. В середине 60-х годов число типов песен в том же районе сократилось до 12. В середине 70-х годов здесь уже было зарегистрировано всего 5-6 типов песен южных белобровиков. Одновременно было отмечено резкое сокращение численности южных форм, а затем и неуклонное год за годом нарастание численности северных хохочущих белобровиков, которые во второй половине 70-х годов полностью сменили южных белобровиков в звенигородских лесах. В течение нескольких лет южные белобровики не гнездились не только в окрестностях Звенигорода, но и в других, более южных районах Подмосковья. Здесь они всюду были заменены северными хохочущими птицами. Это была продолжительная полоса холодной погоды весной и в первую половину лета, когда гибло от холода и недостатка кормов множество кладок и птенцов воробьиных птиц.

В последние годы начался процесс восстановления ареала южных белобровиков. Но первыми в северные леса возвращаются птицы с иными, чем отмечено в 1955-1965 гг., напевами. Подобные многолетние наблюдения позволяют не только регистрировать, а затем и предсказывать кратковременные изменения климата и погодовых ритмов. Они позволяют организовать экологический контроль за состоянием популяций птиц, общим экологическим состоянием среды, а также за изменением в течение ряда лет границ отдельных популяционных систем. Подобные приемы очень важны для организации службы экологического мониторинга (контроля и наблюдения), а также разработки новых стратегий охраны и экологической оптимизации природной среды. Во всех этих случаях песня, ее разные типы, характеризующие разные биологические формы птиц (с разными экологическими возможностями и требованиями), выступает, с одной стороны, в качестве маркера (указателя, отметчика) состояния самой среды и ее изменений год за годом, а с другой - характеризует пространственное распределение и биоморфный состав популяций и поселений птиц и их изменения.

Нам пока не удалось обнаружить связи белобровиков, имеющих разные песни, с разными породами деревьев (сосной, елью, березой и т. д.), как это выявлено для зяблика. Биоморфная изменчивость белобровиков, скорее всего, обусловливается разными температурными и влажностными режимами в местах обитания (с выделением холодоустойчивых, теплолюбивых, влаголюбивых и подобных форм). Многие белобровики, появляющиеся в Подмосковье в разные годы, а также прилетающие на гнездовья в одной стае, различаются по внешнему виду. Особенно бросаются в глаза белозобые, яркие, пестрые, краснобокие, белобокие, светлобокие птицы. Однако связать эти формы нарядов с разными типами песен и гнезд, как это сделано для зяблика, пока не удалось.

Нередко на места гнездовий белобровики прилетают в чистых, не смешанных с рябинниками стаях. Теплой и ранней весной белобровики активно поют уже на пролете на местах временного отдыха. В течение нескольких дней они могут держаться стаями, не приступая к выбору гнездовых мест. Но уже в этих стаях активно поют. В стаях встречаются птицы с разными типами песен. Самцы с одинаковыми песнями никогда не поют рядом. Минимальная дистанция их размещения 70-100 м. Интересно, что птицы с разными типами песен могут петь рядом. Оптимальная дистанция пения пропорциональна степени звукового различия песен поющих птиц. Самцы с резко различными песнями могут петь даже на одном дереве. Это свидетельствует о том, что экологические различия птиц с разными песнями также различны.

Под Ленинградом А. С. Мальчевский в течение многих лет наблюдал совершенно иную картину поведения белобровиков с разными типами песен. Там птицы с одинаковыми типами песен, наоборот, гнездились рядом, образуя многолетние локальные поселения на одних и тех же местах. Отдельные локальные напевы в одних и тех же участках леса сохранялись очень много лет. Мечение птиц показало, что каждую следующую весну на старое место возвращались лишь отдельные меченые самцы. Одинаковые песни белобровиков в этих постоянных поселениях А. С. Мальчевский объяснял тем, что молодые самцы обучались песне у старых самцов этих участков. Отстаивая принцип жесткого наследования песни у белобровиков, мы даем факту длительного сохранения напева в одних и тех же местах иное объяснение. По нашему мнению, прилетающие первыми или первыми приступающие к гнездованию старые меченые самцы собирают вокруг себя молодых самцов той же биоморфы. Их песня действует как маяк, сзывающий родственных птиц своего племени.

В Сибири белобровик проникает на север значительно дальше рябинника, гнездится в лиственничном редколесье и по кустарниковым тундрам добирается до полуострова Таймыр. Фото Г. Н. Симкина
В Сибири белобровик проникает на север значительно дальше рябинника, гнездится в лиственничном редколесье и по кустарниковым тундрам добирается до полуострова Таймыр. Фото Г. Н. Симкина

В дни прилета самок белобровики могут, как и рябинники, встречать их на токовых деревьях, располагающихся на путях пролета, и затем особым полетом сопровождать с места тока и образования пар на места гнездования или в колонию, расположенную в стороне от трассы пролета. Поведение белобровиков в это время такое же, как и рябинников. При организации смешанных колоний белобровики и токуют и выбирают маячные деревья вместе с рябинниками.

При высокой численности в наиболее благоприятных местах наряду с образованием большой и плотной колонии оба вида дроздов могут создавать рядом с ней или вокруг нее и другие дочерние поселения. Такие поселения могут образовывать огромные и очень сложные объединения гнездовых птиц. На территории поселения может гнездиться множество одиночных пар. Рябинники и белобровики могут образовывать либо чистые локальные группы рядом с основной колонией, либо смешанные группировки. Встречаются колонии из 30 и даже 50 пар гнездящихся птиц обоих видов. Общая численность наиболее крупных поселений с дочерними колониями, группами и одиночными парами в отдельных случаях достигает 100-120 пар.

Интересно, что, сохранив громкую песню, при гнездовании в больших поселениях и плотных колониях белобровики поют очень своеобразно. Они крайне редко поют хором. Беспрерывно поют лишь холостые самцы, не находящие самки. Очень интересно использование ими громкой основной песни и щебечущей бесконечной подпесни. Если во время пролета самок рябинники активно токуют, поют свою скрипучую подпесню, очень подвижны на своих наблюдательных пунктах и, пытаясь привлечь внимание самок, даже перелетают токовым полетом с дерева на дерево, то белобровики ведут себя более спокойно. Сидя на маковке ели или на верхней веточке кроны, они пытаются привлечь самку своей громкой песней. Иногда при этом они совсем не издают скрипучей подпесни, которая в отличие от громкой песни не слышна на большом расстоянии. При появлении самки или вообще летящей птицы белобровики переходят к токованию и каждую громкую песню заканчивают длинным "хвостом" верещащей подпесни. При появлении и посадке самки верещание (подпесня) становится основным элементом непосредственного токового поведения. Иногда в таких случаях белобровики пользуются одной подпесней, совершенно не используя основную громкую песню. Эти наблюдения говорят о различных и очень важных биологических функциях как громкой песни, так и подпесни.

На местах гнездовий громкая песня сначала предназначается для привлечения самки. После закрепления самки на гнездовом участке эта песня, кроме того, используется для оповещения самки и других птиц об экологической обстановке в поселении или в районе гнезда. Одновременно песня выполняет и важные территориальные функции, предостерегая других самцов от попыток проникнуть на гнездовую территорию поющего самца. Не ограничивается временем встречи партнеров и образованием пары и действие подпесни. Ее вместе с основной громкой песней белобровик нередко исполняет в период постройки гнезда и откладки яиц. После начала насиживания кладки самкой самец поет лишь громкую песню. Следовательно, подпесня весной всегда характеризует токовое состояние самца.

Как и рябинник, белобровик очень любит располагать свои гнезда на верхушках сломанных ветром деревьев и даже на таких вот наклонных стволах. Фото Г. Н. Симкина
Как и рябинник, белобровик очень любит располагать свои гнезда на верхушках сломанных ветром деревьев и даже на таких вот наклонных стволах. Фото Г. Н. Симкина

При одиночном, т. е. парном, а не групповом или колониальном гнездовании, белобровики поют значительно чаще, особенно если их гнезда расположены далее 50-70 м друг от друга. В таких условиях они нередко организуют вокальную перекличку друг с другом, внимательно слушая других поющих самцов и отвечая им в строго определенный момент. Иногда могут возникнуть даже хоровые ансамбли, в которых поющие самцы строго соблюдают очередность в исполнении своей песни.

Если пары белобровиков гнездятся на расстоянии ближе 70 м, то они предпочитают, как и в колониях, петь поочередно, т. е. в разное время дня. В больших поселениях нередко поют только отдельные самцы, живущие и гнездящиеся на больших расстояниях друг от друга (не менее 100-150 м). Такие самцы в колониях называются дежурными птицами, а их пение - дежурным пением. Феномен дежурного пения очень интересен и требует дополнительных исследований. Особый интерес представляет явление смены поющих птиц и порядка пения самцов с разными типами песен.

Кроме факта резкого ослабления вокальной активности белобровиков при колониальном гнездовании, можно отметить гнездование многих белобровиков в плотных колониях вообще без песен и пения. Таких молчащих птиц бывает, по-видимому, в больших колониях немало. Факт сокращения вокальной активности в разных ее формах при переходе птиц к колониальному гнездованию очень важен, так как позволяет представить нам основные этапы редукции громкой песни в процессе эволюции форм гнездования, с которым мы сталкиваемся в законченной форме у рябинника.

Очень интересна и обычная звуковая сигнализация белобровика. Как и другие дрозды, он имеет в своем распоряжении довольно много различных сигналов. Часто можно услышать знаменитый сигнал "на ястреба", высокий и долгий свист "цииии". Этим сигналом птицы оповещают друг друга о появлении пернатого хищника, и в ответ на этот сигнал надолго затаиваются на деревьях. В отличие от других птиц (и дроздов в том числе) белобровики, рассыпавшиеся по деревьям, вскоре начинают перекличку очень похожим на этот крик тоже длинным, но более низким по частоте сигналом "длинное цииии". Иногда используется более короткий сигнал "ции...ции...ции". Нередко перекличка спрятавшихся в кронах деревьев птиц ведется с помощью коротких и тоже высоких сигналов "цик...цик...". В ответ на эти сигналы другие птицы издают одиночные негромкие трелевые звуки "црри". Такие переклички могут продолжаться довольно долго (10-20 минут, иногда более). Все перечисленные сигналы входят в группу сигналов "замаскированной тревоги", так как эти звуки не слышат многие хищные птицы. По ним очень трудно определить и направление к источнику звука.

В системе дистантной (или дальней звуковой, так называемой открытой или демонстративной) связи белобровики обычно используют треск. Треск служит главным сигналом высокой или непосредственной опасности (гнезду, птенцам, самим взрослым птицам). С бесконечными трещащими выкриками белобровики нападают на хищника или человека, проникшего на гнездовой участок, территорию колонии или угрожающего птенцам. Сигналом предостережения служит негромкий сигнал "кук...кук...", на который самка или другие птицы нередко отзываются сигналом "цррри". Если белобровики замечают опасность, находясь на земле, они иногда подают предостерегающий сигнал "квак...квак...". Сигналом демонстративной тревоги (обычно при появлении опасности у гнезда) служит сигнал "пип...пип" или "пик...пик", в ответ на который также можно услышать характерное "црри...црри". Во время тревоги у гнезда или птенцов можно услышать большую часть перечисленных сигналов, смешиваемых встревоженной птицей в разных сочетаниях. Однако чаще всего это оказываются каскады коротких свистов, циканья, пиньканья и треска. Иногда, находясь рядом с встревоженной птицей, можно услышать тихое пощелкиванье клювом. Гнездо белобровик устраивает или на земле, или на высоте 0,3-1,2-7 м. Гнезда помещаются в небольших вмятинах почвы, на склонах ям и обрывов, на кочках, сгнивших пнях, в корнях деревьев и выворотных корней, в основании стволов, на вершинах стволов и колод, сломанных ветром, на поваленных стволах и колодах, в основании кустов, в кучах хвороста, на кустарниках в сплетении ветвей и на самих ветвях, в самых разнообразных участках крон различных хвойных и лиственных пород деревьев. Многие авторы указывают на склонность белобровика гнездиться как можно ниже к земле. По наблюдениям Е. С. Птушенко, в сырые и поздние весны количество гнезд на земле заметно уменьшается, в теплые и сухие - увеличивается. В теплые весны с ранним загустением листвы на деревьях увеличивается количество гнезд на лиственных породах. В холодные годы, особенно при длительных и резких задержках развертывания листвы, большая часть гнезд появляется на елях. Увеличивается количество гнезд на елях и в местах, где белобровиков чаще тревожат звери, домашний скот или другие домашние животные (кошки, собаки), а также охотящиеся за их кладками птицы и звери (вороны, сороки, сойки, дятлы, белки, куницы и т. д.). Особенно много гнезд в начале весны пернатые и пушные враги белобровиков разоряют при задержках развертывания листвы на деревьях, когда ранние гнезда оказываются на виду. Стараясь как можно раньше начать гнездование, белобровики, как и многие другие птицы, часто начинают кладку точно в дни предполагаемого развертывания листвы. Недаром говорили: "Леса закрылись, теперь птицы сели на гнезда".

Гнездо белобровика представляет собою довольно крупную чашеобразную постройку. Снизу и изнутри оно прочно сцементировано землей и глиной. Основание его часто складывается из еловых, березовых прутиков, сухих стебельков, соломинок злаков, листьев и пучков мха. Стенки, довольно толстые, утончаются кверху и несколько загибаются внутрь. Лоток выстилается толстым слоем сухих стебельков и корешков. Гнездо строят обе взрослые птицы в течение 4-6 дней. В солнечную сухую погоду, при достаточных запасах сухой ветоши и мокрой земли гнездо может быть сооружено в 3 и даже 2 дня. Кладку из 5-6 голубовато-зеленых с красновато-бурыми пятнами яиц в мае - июне в течение 14 дней насиживают обе птицы. Однако самец садится на гнездо преимущественно в середине дня. Птенцов выкармливают оба родителя 12-14 дней в гнезде и затем докармливают вне гнезда еще 6-10 дней.

Этот взлетающий с капсулой белобровик великолепно демонстрирует обычно скрытую от наших глаз рыжую окраску подкрылий. Фото М. В. Штейнбаха
Этот взлетающий с капсулой белобровик великолепно демонстрирует обычно скрытую от наших глаз рыжую окраску подкрылий. Фото М. В. Штейнбаха

Большая часть корма приносится в виде дождевых червей, моллюсков и жуков. В дождливую погоду доля червей значительно возрастает. Массовый вылет птенцов в средней полосе наблюдается со второй половины мая до середины июня. Многие пары выкармливают 2 выводка в год.

Как и многие другие дрозды, белобровик часто и очень охотно выкармливает своих птенцов дождевыми червями. Особенно энергично при этом трудятся неутомимые самцы. Фото М. В. Штейнбаха
Как и многие другие дрозды, белобровик часто и очень охотно выкармливает своих птенцов дождевыми червями. Особенно энергично при этом трудятся неутомимые самцы. Фото М. В. Штейнбаха

После подъема на крыло молодые белобровики ведут сходный с рябинниками и другими дроздами образ жизни. Они собираются в припойменных лесах, по приречным уремам с их богатыми, изобилующими дождевыми червями, моллюсками, насекомыми и другими беспозвоночными почвами. Активно посещают белобровики и ягодники в лесу, иногда образуя смешанные стаи с рябинниками и другими дроздами (певчими, реже дерябами). Охотно едят эти дрозды землянику, костянику, чернику, голубику, малину, в более позднее время - бруснику, черную и красную смородину. На востоке и севере - голубику, морошку, княженику, жимолость и т. д. В садах охотно нападают на садовую землянику, вишню, сливу, иргу, смородину, крыжовник и другие.

В период летних и осенних кочевок они перекликаются теми же звуковыми сигналами, что и в гнездовое время. Со второй половины июля можно слышать их громкие осенние песни. Но значительно чаще они поют свои основные песни вполголоса или в форме особой тихой песни. В стаях белобровики часто негромко верещат. Это осеннее верещание напоминает их токовую подпесню и может длиться часами. Однако в отличие от весеннего токового верещания осеннее более спокойно и мелодично. Оно скорее напоминает негромкое бормотание. Многие звуки в этом бормотании произносятся более отчетливо, округло и мягко. Если в такие моменты удается услышать одинокого белобровика, можно стать свидетелем удивительного преображения его подпесни. Скрипучее бесконечное щебетание вдруг словно распадается на бесчисленное множество хорошо различимых чудесных звуков. Многие из них поражают своей мелодичностью и чистотой. Однажды туманным октябрьским утром такие звуки издавала целая стая дроздов-белобровиков, рассыпавшаяся по деревьям под теплым моросящим дождем. Такого сказочного моря прекрасных и нежных звуков не приходилось мне слышать уже никогда. Это явление уникально. Природа его неизвестна.

Белобровики значительно реже и в меньшем числе, чем рябинники, остаются на зимовку в северных лесных областях и в средней полосе. Здесь их можно встретить только в теплые зимы с большими урожаями рябины. Основной отлет - в сентябре. Отдельные стайки и птицы задерживаются до октября. Зимуют они в Южной Европе, Северной Африке, у нас в Закавказье, в Турции, Иране, Афганистане, Пакистане и Западной Индии.

Оставляя гнездо, птенцы белобровика нередко просто переходят на ближайшие ветви и могут еще несколько дней просидеть на одном месте. Фото М. В. Штейнбаха
Оставляя гнездо, птенцы белобровика нередко просто переходят на ближайшие ветви и могут еще несколько дней просидеть на одном месте. Фото М. В. Штейнбаха

предыдущая главасодержаниеследующая глава







© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, статьи, оформление, разработка ПО 2001-2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://ornithology.su/ 'Библиотека по орнитологии'
Рейтинг@Mail.ru