Пользовательского поиска






предыдущая главасодержаниеследующая глава

Австралия и Океания

Земляной попугай
Земляной попугай

Австралия и многочисленные острова Тихого океана имеют весьма различную авифауну, однако их удобнее рассматривать в одном разделе. Новую Гвинею, Австралию как островной континент, Тасманию и прилежащие острова зоогеографы выделяют в Австралийскую фаунистическую область. Что касается островов тропических и субтропических широт Тихого океана, то некоторые специалисты относят их к Полинезийской области, хотя состав авифауны большинства архипелагов и островов в большей степени зависит от удаленности их от материка, чем от общности происхождения. Однако длительная изоляция привела к образованию эндемичных форм наземных птиц, которыми особенно богаты Новая Зеландия с прилежащими островами и Гавайские о-ва. Остров Новая Гвинея (площадь около 0,8 млн. км2) отличается значительным разнообразием ландшафтов и растительности: от тропических болот и влажных лесов низменностей до саванн, горных лесов и лугов. В фаунистическом отношении Новая Гвинея имеет многие переходные черты между Индо-Малайской фаунистической областью и собственно Австралией, но больше тяготеет к последней. Из 500 видов птиц имеется ряд эндемичных семейств и родов. Из-за слабой освоенности острова авифауна Новой Гвинеи пока еще мало пострадала, но некоторые виды местных птиц в большом количестве отлавливают или добывают на экспорт. Особенно это касается райских птиц. Система национальных парков и других резерватов на острове пока не создана, хотя необходимость в ней возникла давно.

Собственно континент Австралия занимает площадь более 7,6 млн. км2, что лишь немногим меньше Европы, зато авифауна Австралии значительно богаче: здесь обитают около 600 видов наземных птиц и птиц, связанных с пресноводными водоемами, из которых почти 120 видов прилетают на зиму из азиатской части Палеарктики или залетают из Новой Гвинеи и с других островов. Большая часть Австралии занята однообразными равнинами, главным образом сухими - это пустыни, злаковники, кустарниковые заросли (скрэбы), саванны и редколесья. Лишь по окраинам континента на северо-востоке развиты влажные вечнозеленые тропические леса, а на юго-западе и юго-востоке - субтропические эвкалиптовые. Из 64 семейств птиц фауны Австралийской области, объединяющих 885 видов (не считая морских птиц), 30% семейств эндемичны. Такая высокая степень эндемизма отмечена еще только для Неотропической области, занимающей площадь почти в 2 раза больше Австралийской. Уже одно это указывает на необходимость серьезного отношения к сохранению авифауны столь уникального региона.

Открытая голландцами еще в начале XVII в., Австралия начала осваиваться европейцами лишь 200 лет назад, причем крайне неравномерно. И сейчас большая часть населения сосредоточена на восточном и юго-восточном побережьях континента; общее число жителей 12,9 млн. чел., в среднем 1,7 чел. на 1 км2. Видимо, лишь этим можно объяснить, что, несмотря на сведение лесов и скрэба, интродукцию чужеземных растений и животных, богатая фауна птиц Австралии столь незначительно пострадала за годы колонизации.

В настоящее время к числу редких и исчезающих в Австралии можно отнести около 25 видов птиц, а 2 вида - австралийский ночной попугай и великолепный райский попугайчик, вероятнее всего, уже вымерли, так как их не встречали более 60 лет. Основные причины сокращения численности этих птиц - уничтожение девственных местообитаний, которые осваиваются под пастбища и сельскохозяйственные культуры, отлов эндемичных видов птиц и деятельность интродуцированных животных, а также неумеренное применение фермерами ядов для борьбы с "вредителями" сельского хозяйства. Большой ущерб фауне наносят также периодические пожары, которые иногда охватывают огромные территории.

Интенсивное освоение прибрежных районов материка вызвало необходимость создания сети охраняемых территорий: уже в 1879 г. близ Сиднея был создан первый национальный парк. В 1918 г. в Новом Южном Уэльсе был принят закон об охране птиц и других животных, но в дальнейшем охранные меры сводились главным образом к организации национальных парков, парков штатов и заказников. Лишь в 1975 г. была создана федеральная Австралийская служба национальных парков и диких животных, а в 1978 г. издана книга "Австралийские исчезающие виды животных", в которую были внесены 18 таксонов птиц, находящихся под угрозой исчезновения или уже исчезнувших, а в 1984 г. опубликована Национальная стратегия охраны природы.

Значительно более сложное положение с фауной птиц на прибрежных островах Австралии: с появлением здесь человека многие виды островных животных были истреблены или исчезли в результате интродукции крыс, кошек, кроликов и коз, а теперь им угрожает еще чрезмерный туризм. Только на о. Лорд-Хау (у восточного побережья Австралии) из 15 видов птиц остались лишь 6: завезенными на остров в 1918 г. крысами в течение 5 лет были уничтожены 5 видов птиц, еще 2 вида исчезли в результате неумеренной охоты. Такое же положение сложилось и на островах Новой Зеландии.

Несмотря на довольно значительную площадь (265 тыс. км2) и большое разнообразие ландшафтов и растительности Новой Зеландии, фауна птиц этих островов отличается сравнительной бедностью, что характерно для других островов Океании. Однако из 200 видов птиц 75 являются эндемичными, в том числе отряд киви и 3 семейства. Издавна населенная выходцами из Полинезии, Новая Зеландия начала осваиваться европейцами лишь в начале XIX в. Интенсивное развитие сельского хозяйства и промышленности привело к уничтожению 11,5 млн. га лесов: если 180 лет назад 70% страны было покрыто лесами, то теперь они занимают лишь 23% площади Новой Зеландии. Сведение лесов, интродукция различных животных, включая оленей и опоссумов, экспансия одичавших свиней, коз и крыс быстро привели к отрицательным последствиям для местной фауны: 5 видов и 5 подвидов птиц исчезли, а около 20 стали редкими или оказались на грани вымирания. А на о. Чатем, где порубки и пожары почти уничтожили девственные леса, исчезло 50% местных видов птиц, а 4 вида находятся на пути к этому. Справедливости ради надо сказать, что в Новой Зеландии к моменту заселения островов европейцами вымерли около 40 видов птиц, известных теперь лишь по остаткам скелетов, но лишь небольшая часть их (включая моа) исчезла по вине полинезийцев и маори. Потери авифауны на островах Северный, Южный и Чатем были примерно одинаковы (33-37%), характер и интенсивность воздействия аборигенов на этих островах были различными.

С целью сохранения уникальной фауны в Новой Зеландии еще в 1896 г. был принят Акт об охране киви и какапо, а в 1922 г. был издан закон о регулировании охоты и об охране редких животных. В 1948 г. был учрежден Комитет содействия редким животным, еще через год принят Закон о лесах, а в 1953 г. - Закон об охране диких животных. Помимо создания национальных парков и резерватов, в настоящее время проводятся работы по сокращению численности некоторых интродуцированных животных и контроль мелких островов от проникновения крыс, кошек и других хищников. Большую помощь в изучении редких видов и содействии их охране в стране оказывает общественность - около 13 тыс. членов Общества охраны птиц и лесов, созданного еще в 1923 г. В 1981 г. была издана Красная книга Новой Зеландии, в которую внесен 21 вид эндемичных исчезающих птиц и предложены некоторые рекомендации по их спасению.

Зоогеографическое районирование юга Тихого океана затруднительно. Валидность некоторых островных видов птиц, как и их родственные связи и происхождение, нередко вызывает сомнения у специалистов, тем более что имеются различные точки зрения на историю и сроки возникновения отдельных островов и архипелагов. Поэтому трудно провести границы каких-либо фаунистических комплексов. Большинство специалистов объединяют острова Микронезии и Полинезии в особую Полинезийскую фаунистическую область, причем иногда к ней присоединяют в качестве подобласти Новую Зеландию, другие специалисты рассматривают последнюю как самостоятельную фаунистическую область. В качестве подобласти выделяют и Гавайский архипелаг.

Почти 10 тыс. островов и островков в центральной и западной частях Тихого океана (общая их площадь всего около 200 тыс. км) имеют самое разное происхождение. Гористые острова являются результатом вулканической деятельности или остатками некогда существовавшей суши (Гавайские, Маркизские, Общества, Самоа, Фиджи и др.). Большинство островов (Каролинские, Марианские, Маршалловы и др.) имеет коралловое происхождение или вторичные коралловые образования на погруженных вулканических вершинах. Эти острова часто представляют собой атоллы со скудной растительностью и бедной фауной.

Заселение островов птицами происходило в течение длительного времени, в основном с ближайших континентов и крупных островов. Поэтому авифауна различных островов, если не считать кочующих морских птиц, значительно варьирует и зависит от возраста островов, их размеров, характера растительности и ландшафта, а главным образом - от удаленности от Австралии и Новой Гвинеи. Так, на Соломоновых о-вах насчитывают 126 видов наземных птиц, на Новой Каледонии - 64, на Новых Гебридах и Фиджи - соответственно 51 и 54 вида, на Самоа - 33, на о-вах Общества - 17, а на Маркизских - всего 11 видов птиц. В южной части Полинезии обитают около 200 видов птиц, но разнообразие их существенно увеличивается за счет местных форм, свойственных отдельным островам и группам островов.

Длительное время острова Океании, особенно Полинезии, не привлекали внимания европейцев, хотя путь к ним был известен благодаря исследованиям Дж. Кука и других мореплавателей XVIII и начала XIX вв. Лишь во второй половине XIX в. началась колонизация отдельных групп островов европейцами, и почти до середины нашего века менялись лишь государства-хозяева "заморских колоний" и "подопечных территорий". Лишь с 60-х годов на карте Океании стали появляться независимые государства. Однако охота и изменение местообитаний коренными жителями и более поздними поселенцами, а главное- завоз мореплавателями крыс, домашних животных и интродукция чуждых видов птиц и млекопитающих, некоторых заболеваний (например, птичьей малярии), а позднее и злоупотребление ядохимикатами оказали быстрое и губительное влияние на эндемичную фауну островов. Например, во французских владениях в Полинезии из 59 эндемичных форм птиц 8 уже вымерли, а 12 находятся на грани исчезновения. Всего за последние 100-150 лет на островах Океании исчезли около 80 видов и подвидов птиц, а 115 таксонов стали вымирающими, редкими или заслуживающими специальных мер охраны. Особенно пострадала авифауна Гавайских о-вов. Значительный урон природе островов Океании был нанесен в период второй мировой войны. Определенную роль могли сыграть и испытания ядерного оружия, проводимые США в Тихом океане (в Микронезии), но последствия их пока еще мало изучены. Принятый с начала 70-х годов ряд законов по ограничению охоты и охране авифауны, а также объявление некоторых островов заповедными пока еще нужного эффекта не дали. Необходимы разработка и проведение специальных мер по спасению исчезающих видов птиц, а также борьба с расплодившимися на островах крысами, кошками и некоторыми одичавшими домашними животными. Однако для жителей островов сейчас на первом плане стоит развитие и укрепление экономики, а не вопросы охраны природы.

Описание редких видов птиц мы начнем с Австралии. В официальную книгу исчезающих видов животных этой страны внесена олуша Абботта, или чернокрылая олуша (Sula abbotti). В настоящее время эта птица гнездится только на о. Рождества, расположенном в Индийском океане в 200 км от о. Ява. Строго говоря, этот небольшой, всего 142 км2, остров находится в границах Индо-Малайской фаунистической области, но принадлежит Австралии и имеет весьма характерную островную фауну птиц: из 18 гнездящихся морских и наземных птиц здесь сохранились 3 эндемичных вида и 7 эндемичных подвидов. Поэтому птиц о. Рождества мы включили в этот раздел.

Впервые В. Абботтом чернокрылая олуша была добыта в 1882 г. на о. Ассампшен (Сейшельские о-ва), где она в то время в небольшом количестве гнездилась. Ископаемые остатки этого вида обнаружены также на островах Родригес и Маврикий, что свидетельствует о довольно широком в прошлом его распространении в Индийском океане. Однако с середины 30-х годов нашего века олуша сохранилась только на о. Рождества. Хотя численность птиц этого колониального вида довольно высока (около 8 тыс. особей, из которых более 1 тыс. ежегодно гнездятся), низкие репродуктивные способности и крохотный ареал гнездования привели к включению олуши Абботта как находящейся под угрозой исчезновения в Приложение 1 СИТЕС и в Красную книгу. Угроза этому виду действительно существует: на о. Рождества гнездятся около 1 млн. морских птиц, что обеспечивает местную индустрию добычи фосфатов-гуано.

Гнезда олуши Абботта устраивают на больших деревьях на высоте около 30 м, а разработка гуано связана с расчисткой леса, т. е. с уничтожением мест для размножения этих морских птиц.

Олуша Абботта, представитель хорошо обособленного семейства в отряде пеликанообразных, имеет белую окраску тела, черные хвост и крылья, размах которых достигает 2 м. Мощный клюв у самца синевато-серый, а у самки розоватый. Размножаться эти птицы начинают лишь в возрасте 5-6 лет и откладывают одно крупное яйцо один раз в два года или еще реже. Насиживание длится 56-57 дней, а птенцов, которые находятся в гнезде несколько месяцев, взрослые кормят один раз в день, отрыгивая пищу, добытую далеко в океане. В целом гнездовой цикл занимает 15 мес. Формально олуша Абботта охраняется законом, но площадь старых лесов неуклонно сокращается, хотя организациям, добывающим для Австралии и Новой Зеландии фосфаты, рекомендуется при расчистке участков оставлять нетронутым лес в местах наиболее массового гнездования этих птиц.

Другой представитель отряда пеликанообразных на о. Рождества - рождественский фрегат (Fregata andrewsi). Это длиннокрылая и длиннохвостая птица с черным, отливающим фиолетовым и зеленоватым оперением, но с белым животом. Гнездятся фрегаты небольшими, по 3-10 гнезд, колониями на деревьях вдоль береговой террасы. Единственное яйцо насиживает преимущественно самка, а гнездовой сезон длится 9-10 мес. Численность этих птиц пока еще достигает 1,4 тыс. пар, но их колонии весьма доступны. Длительный сбор яиц и добыча самих птиц угрожают существованию этого вида. В настоящее время рождественский фрегат включен в Приложение 1 СИТЕС и формально охраняется законодательством. Генеральная ассамблея МСОП рекомендовала правительству Австралии расширить территорию национального парка на о. Рождества, чтобы взять под охрану места гнездования олуши Абботта, рождественского фрегата и других эндемичных видов птиц острова.

Среди других эндемиков о. Рождества в Красную книгу включены рождественский плодоядный голубь (Ducula whartoni), местные подвиды южного ястреба (Accipiter fasciatus natalis) и молуккской иглоногой совы (Ninox squamipila natalis). Еще в 30-х годах эти птицы на острове были довольно обычными, а крупный темный с красными ногами рождественский голубь даже многочисленным. Голубей бесконтрольно и в большом количестве добывали жители, поэтому к середине 70-х годов их численность сократилась почти до 100 пар, правда, позднее популяция несколько увеличилась. Основной ущерб этим эндемичным птицам нанесло уничтожение лесов в связи с добычей фосфатов. Теперь они сохранились лишь в тропических лесах на плато, хотя в прошлом населяли и леса прибрежной террасы.

Южных ястребов на острове осталось, видимо, около 100 особей, а молуккских иглоногих сов, включенных в Приложение 1 СИТЕС, еще меньше. И хотя специальным декретом 1977 г. ястреб и сова взяты под охрану, будущее их внушает серьезные опасения.

Помимо указанных выше птиц о. Рождества, в книгу "Австралийские исчезающие виды животных" внесены еще 11 видов и подвидов птиц, обитающих на континенте. В этой книге нет эму (Dromais novaehollandie) - характерного представителя австралийской авифауны, изображенного вместе с кенгуру на гербе Австралии. Действительно, к редким видам этот своеобразный страус не относится. Более того, периодически эму совершали опустошительные набеги на посевы зерновых. В 30-х годах был даже учрежден комитет для борьбы с эму, и в 1936 г. лишь за полгода были выплачены премии за уничтожение более 57 тыс. эму. Несмотря на изощренные методы борьбы и отпугивания, этот вид, образующий 3 подвида на континенте, чувствует себя нормально, но островной его подвид - тасманийский (D. n. diemensis) и с о-ва Кенгуру (D. n. diemenianus) были уничтожены еще в начале прошлого века. Только в музеях сохранилось 3 шкурки тасманийского эму и единственная - самого мелкого из эму с о. Кенгуру.

Сокол-сапсан, который в Австралии образует два подвида - Falco peregrinus macropus и F. p. submelanogenys, хотя и встречается почти по всему континенту, в Тасмании и на прилежащих крупных островах, включен в книгу "Австралийские исчезающие животные". Австралийские сапсаны отличаются от наших соколов почти черной шапочкой на голове, а подвид, населяющий юго-запад Австралии, - еще ржавчато-рыжей окраской живота. Биология их сходна с таковой наших сапсанов. Гнездятся птицы как на уступах и в нишах скал, береговых обрывов, так и на деревьях. В полной кладке 1-3 яйца. Австралийские сапсаны избежали участи американских собратьев, так как в Австралии ДДТ применяли в ограниченных масштабах, но все-таки этот вид взят под охрану. Установлено, что воспроизводство у этих птиц в районах Австралии, обрабатываемых ДДТ, на 35% ниже, чем в местах, где этот препарат не применяют. Сапсан включен в Приложение 1 СИТЕС; его подвид (F. p. nesiotes), встречающийся в Новой Каледонии и на островах юга Океании, формально находится под охраной: экспорт и импорт этих птиц запрещены.

Австралию с полным правом можно назвать страной попугаев - здесь обитает почти половина видов всех попугаев мира. Многие годы Австралия была одним из крупнейших поставщиков небольших, но красивых попугаев для коллекционеров-любителей. В настоящее время многие виды попугаев вошли в Приложение 1 СИТЕС, а остальные представители этого отряда - в Приложение 2. Однако по-прежнему легальным и контрабандным путем многие из этих птиц покидают свою родину в клетках и ящиках - высокая цена их на рынке способствует расцвету браконьерства и контрабанды. Некоторые виды попугаев оказались на грани исчезновения, хотя причина этому - не только браконьерский отлов.

Австралийский ночной попугай (Geopsittacus occidentalis), населявший засушливые районы центральной и западной частей Австралии, вероятнее всего, вымер без прямого вмешательства человека. Местообитания этого вида - заросли спинифекса и саликорнии - сохранились на огромной территории, а самого ночного попугая последний раз добыли в 1912 г. и, возможно, видели в 1960 г. Довольно многочисленный в прошлом веке, этот вид, вероятнее всего, исчез в результате хищничества собак и кошек или из-за болезни. Ночной попугай средней величины (около 24 см длиной) и окрашен довольно скромно: весь желтовато-оливковый с чешуйчатым черным рисунком, лишь брюхо желтое. Образ его жизни преимущественно ночной и наземный; в гнездах птиц по 4-5 яиц, располагаются гнезда в углублениях между кочек в зарослях спинифекса, семенами которого питались ночные попугаи. Хотя с 1937 г. австралийский ночной попугай взят под охрану, занесен в Красную книгу и Приложение 1 СИТЕС, мало надежд, что удастся найти и спасти этот вид, тем более что попытка разведения его в неволе в прошлом веке окончилась неудачей.

Земляной попугай (Pezoporus wallicus) похож по величине и окраске на ночного попугая, но имеет более длинный хвост и красную уздечку на лбу. Г. Вольтере даже выделил эти два вида в особое семейство земляных попугаев - Pezoporidae. Как и ночной попугай, земляной устраивает гнезда в углублении у основания куста или дерновины злаков. Гнездовой период приходится на сентябрь-декабрь. В полной кладке 4 яйца, молодые вылетают спустя 25 дней после вылупления.

Распространение земляного попугая ограничено отдельными участками травянистых равнин, болот и остепненных возвышенностей вдоль восточного и южного побережья Австралии от о. Фрейзер до юго-востока шт. Южная Австралия, на островах Бассова прол., у западного побережья и местами в центральных районах и на востоке Тасмании.

Изолированная популяция земляных попугаев, которых выделяют в особый подвид P. w. flaviventris, гнездилась на юго-востоке шт. Западная Австралия. В настоящее время этот подвид находится под угрозой исчезновения: еще в начале нашего столетия предполагали, что он уже вымер, но в 40-60-х годах нескольких птиц наблюдали между Денмарком, Олбани и побережьем моря у прол. Ирвин. Места обитания восточного подвида P. w. wallicus также существенно сократились в результате их освоения под животноводство. Значительный ущерб земляным попугаям наносят частые пожары, хотя через 3-7 лет после них растительность восстанавливается до уровня, оптимального по кормовым условиям для этого вида. Несколько лучше положение с земляными попугаями, населяющими Тасманию, хотя их численность и ареал тоже сокращаются. Некоторые специалисты считают тасманийского земляного попугая особым подвидом P. w. leachi, но, вероятнее всего, это лишь раса номинативного подвида. Так или иначе, земляные попугаи сохранились только в отдельных местах своего бывшего ареала, в том числе и на территории некоторых национальных парков и резерватов Квинсленда, Нового Южного Уэльса и Виктории. Добыча этих птиц запрещена законом.

Возможно, на пути к вымиранию находится красноплечий райский попугай (Psephotus pulcherrimus) - ярко раскрашенная птица с очень длинным хвостом. Сочетание черного, голубого, зеленого и красного цветов в окраске (у самцов) и довольно приятный голос издавна привлекали внимание любителей птиц к этому виду. Во второй половине прошлого века райские попугаи были довольно обычны от побережья Квинсленда до долины р. Дарлинг в Новом Южном Уэльсе. Гнезда этих птиц, в которых было по 4-5 яиц, находили с сентября до марта в старых термитниках, а иногда в норах, вырытых в обрывистых берегах пересохших речек. В начале нашего века предполагали, что этот вид уже вымер, но в 1922 г. А. Чисхольм сообщил о встречах двух пар красноплечих попугаев в долине р. Бернетт. Помимо отлова попугаев в гнездовой период в термитниках, к сокращению его популяции привело расширение районов животноводства и соответственно ухудшение местообитаний этого вида. Предполагали, что в 60-х годах в природе обитали около 150 красноплечих райских попугаев, но в последние годы этих птиц никто не видел.

Златоплечий райский попугай (P. chrysopterygius) отличается от красноплечего более скромной раскраской и ярко-желтым цветом больших и малых кроющих крыла. Гнездятся птицы этого вида также в термитниках, выкапывая норы глубиной до метра. Кладку, в которой 6 яиц, в мае или июле самка насиживает около 20 дней, а еще через 35 дней молодые покидают гнездо. Златоплечие попугаи на севере Австралии обитают в саваннах и спинифексовых злаковниках восточной части п-ова Арнемленд, в том числе в национальном парке Какаду (здесь живет подвид P. ch. dissimilis) и в южной части п-ова Кейп-Йорк (обитает подвид P. ch. chrysopterygius). Несмотря на значительную площадь ареала, численность златоплечих попугаев довольно низка и продолжает сокращаться как в результате освоения их местообитаний под животноводство, так и (в большей степени) в результате браконьерского отлова птиц, особенно номинативного подвида. В 1979 г. пара златоплечих попугаев стоила в США до 10 тыс. дол., поэтому отлов птиц в гнездах и контрабанда ими продолжаются, хотя златоплечий попугай, как и красноплечий, включен в Приложение 1 СИТЕС. К счастью, этот вид в некоторых питомниках размножается, поэтому есть резерв для восстановления популяции в природе.

Из 6-7 видов травяных попугайчиков (род Neophema), обитающих на юге Австралии и на о. Тасмания, 3 вида занесены в Красную книгу. Оранжевобрюхий травяной попугайчик (Neophema chrysogaster) - ярко-зеленый, с фиолетово-синим передним краем крыла и желтым с оранжевым пятном оперением живота - населяет травянистую равнину, дюны и заболоченные участки с кустарниковыми зарослями вдоль побережья Тасмании и на островах Бассова прол. В период зимовок, с марта до ноября, оранжевобрюхих попугайчиков встречают в прибрежных районах юга Австралии, хотя возможно, что здесь в очень небольшом количестве также гнездится оранжевобрюхий попугайчик, которого некоторые специалисты считают особым подвидом - N. ch. mab. Здесь, на юго-западе шт. Виктория, в 1978-1979 гг. в двух из шести обследованных участках были учтены всего 42 особи, хотя четырьмя годами ранее Дж. Форшау предполагал, что вся популяция этого вида состояла из 2 тыс. особей; в последние годы считают, что сохранились всего 150-170 птиц, но численность стабилизировалась. Гнезда оранжевобрюхие попугайчики устраивают в ноябре-декабре в дуплах эвкалиптов. По наблюдениям в неволе, кладку из 4-6 яиц попугайчики насиживают 21 день, а в 38 - дневном возрасте молодые покидают гнездо.

Бирюзовый попугайчик (N. pulchella) в прошлом населял разреженные леса, лесостепи и луга по склонам гор от Сиднея почти до Мельбурна. Эти местообитания давно освоены, и в начале нашего века численность бирюзовых попугайчиков настолько сократилась, что вид стали считать вымирающим. Однако наблюдения, проведенные в 60-х годах, показали, что птицы сохранились в отдельных участках своего бывшего ареала и популяция их, вероятно, восстанавливается.

Блестящий, или красногрудый, попугайчик (N. splendida) встречается локально в скрэбе, акациевой саванне и травянистой равнине на обширной территории от юго-востока Западной Австралии до запада Нового Южного Уэльса. С апреля до августа птицы этого вида держатся стайками от 5 до 20 особей, а позднее рассеиваются в поисках мест гнездования - дупел в деревьях, преимущественно в эвкалиптах. В полной кладке 4 яйца. Численность вида сократилась как в результате ухудшения местообитаний, так и отлова самих птиц. Формально оранжевобрюхий, бирюзовый и блестящий попугайчики в Австралии находятся под охраной; первый включен в Приложение 1 СИТЕС, а остальные - в Приложение 2. В неволе травяные попугайчики успешно размножаются, и браконьеры продолжают отлавливать этих птиц.

Из редких попугаев Австралии следует упомянуть также краснокрылого фикусового попугайчика (Opopsitta diophthalma), распространенного в дождевых лесах Новой Гвинеи, на островах и вдоль северо-восточного и восточного побережья Австралии. Из 8 подвидов самый южный (О. d. coxeni), гнездившийся от юго-востока Квинсленда до северо-востока Нового Южного Уэльса, оказался на грани исчезновения. За последние 80 лет в музеи не поступило ни одного экземпляра этого подвида; его местообитания в значительной степени уничтожены. Остается надежда, что краснокрылый фикусовый попугайчик Коксена еще сохранился на территории национальных парков Буниа-Маунтинс, Ламингтон и государственного леса Кенилуэрт.

Среди примитивных воробьиных птиц выделяют особое семейство австралийских кустарниц - Atrichornithidae, в котором всего 2 вида. Эти птицы, величиной с дроздовидную камышевку, темно-коричневые сверху, с относительно длинным хвостом, несомненно, представляют реликт некогда более широко распространенных в Австралии представителей эндемичного семейства. Основные места их обитания - леса с густыми кустарниковыми зарослями. Летают австралийские кустарницы неохотно, большую часть времени проводят на земле или среди ветвей. Шарообразные с боковым входом гнезда они устраивают у основания куста на земле или на нижних ветках. В кладке 1-2 беловатых, с коричневым крапом яйца, которые насиживает только самка.

Крикливую австралийскую кустарницу (Atrichornis clamosus) встречали на юго-западе Австралии между городами Перт и Олбани, однако эти находки относятся к прошлому веку. Уже в конце XIX в. эту птицу считали вымершей: этому способствовали расчистка кустарников и расплодившиеся кошки и крысы. Но в 1961 г. восточнее Олбани на поросшем кустарниками склоне горы Маунт-Гарднер (у зал. Ту-Пипл) обнаружили нескольких птиц. Срочно были приняты все меры к сохранению этой реликтовой популяции: отлов птиц был запрещен законом, район их обитания объявили резерватом, вид включили в Приложение 1 СИТЕС. В 1968 г. были учтены 50 гнездящихся пар, но в 1970 г. обнаружили только 43 пары, поэтому были начаты опыты по разведению крикливых кустарниц в неволе (позднее из-за отсутствия финансов эти работы были прекращены). В резервате численность птиц начала увеличиваться: в 1974 г. учли 74, а в 1983 г. 138 поющих самцов. В кладке крикливых кустарниц единственное яйцо, которое самка насиживает 36-38 дней. Птенца родители кормят преимущественно насекомыми. Возможно, что в течение сезона пара может вырастить (за счет повторных кладок) двух-трех молодых.

Рыжая австралийская кустарница (A. rufescens), отличающаяся от крикливой темным, рыжеватым оперением, населяет субтропические дождевые и листопадные леса с зарослями кустарников близ побережья и по склонам гор на востоке Австралии - от Брисбена на юг до рек Кларенс и Ричмонд. В связи с тем, что птицы живут оседло в немногих изолированных участках, некоторые специалисты считают, что на юго-востоке Квинсленда и на северо-востоке Нового Южного Уэльса обитают два разных подвида. Расчистка лесов привела к сокращению популяций рыжей кустарницы, и ее следует считать редким видом. Она находится под охраной закона, основные места ее обитания располагаются в границах четырех национальных парков.

Примерно в тех же районах, где жила крикливая кустарница, в 1839 г. была впервые обнаружена довольно крупная западная усатая камышовка (Dasyornis longirostris) - представитель эндемичного подсемейства австралийских славок. Судьба этой темно-коричневой с серыми пятнами сверху и сероватой снизу птицы также сходна с историей крикливой кустарницы: в конце прошлого и начале нашего века несколько особей западной усатой камышовки были добыты близ г. Перт и южнее, у прол. Короля Георга. С 1914 г. после большого пожара близ зал. Вильсона многие годы этих птиц никто не видел, пока в 1945 г. западную усатую камышовку не обнаружили у зал. Ту-Пипл близ Олбани, а в начале 60-х годов нескольких птиц встретили юго-западнее, у р. Вайчиниуп и горы Маунт-Менипикс. Период размножения этих камышовок продолжается с августа до января. В кладке 2 яйца. Чашеобразные гнезда птицы строят низко над землей в чаще кустарника или в куртине зарослей злаков.

Общая численность западной усатой камышовки неизвестна, но в резервате Ту-Пипл, возможно, гнездятся около 50 пар. Этот вид находится в Австралии под строгой охраной и включен в приложение 1 СИТЕС. Некоторые специалисты считают западную усатую камышовку лишь реликтовым подвидом австралийской камышовки, основной ареал которой расположен на юго-востоке Австралии. Под названием Dasyornis brachypterus longirostris она занесена в Красную книгу, но правильнее рассматривать эту птицу в качестве отдельного вида.

Самый крупный вид этого рода с яркой рыжей шапочкой - рыжая усатая камышовка (Dasyornis broadbenti). Распространена она вдоль побережья Виктории и Южной Австралии, встречалась также на юго-западе Австралии на небольшом, всего 50 км, участке побережья между мысами Натуралиста и Ментелле. Если обитателя западного участка считать отдельным подвидом (D. b. littoralis), то он, вероятнее всего, вымер: последняя особь была добыта в 1906 г., местообитания уничтожены, а встреча этой птицы в 1940 г. вызывает сомнение. Южный подвид рыжей усатой камышовки (D. b. whitei) живет в густых зарослях кустарников и крупных злаков у побережья южнее Аделаиды, и численность его сокращается. Лишь самый восточный, номинативный подвид рыжей камышовки находится вне опасности. В настоящее время весь вид охраняется законом.

Травяная славка (Amytornis goyderi) - маленькая длиннохвостая птица с толстым клювом, светло-коричневым с продольными светлыми пестринами верхом и палевым низом. Встречается она только по поросшим куртинами трав и спинифексом песчаным холмам вдоль южной и восточной границ пустыни Симпсона. С 1875 до 1961 г. были известны всего 4 птицы этого вида, но затем нашли пару у гнезда с двумя молодыми. В 1976 г. экспедиция обнаружила, что травяная славка довольно обычна на участке в районе Эйр-Крик, в 1977 г. ее нашли близ г. Бердсвилл. Часть местообитаний травяной славки находится на территории национального парка Симпсон-Дезерт. Как вид с весьма ограниченным ареалом эта славка в Австралии взята под охрану, но ее популяции пока ничто не угрожает.

Табл. 10. 1. Златоплечий райский попугай. 2. Крикливая австралийская кустарница. 3. Желтохохлый медосос. 4. Длинноклювая усатая камышовка. 5. Рыжая усатая камышовка. 6. Травяная славка. 7. Красноплечий райский попугай. 8. Оранжевобрюхий райский попугай. 9. Земляной попугай. 10. Австралийский ночной попугай
Табл. 10. 1. Златоплечий райский попугай. 2. Крикливая австралийская кустарница. 3. Желтохохлый медосос. 4. Длинноклювая усатая камышовка. 5. Рыжая усатая камышовка. 6. Травяная славка. 7. Красноплечий райский попугай. 8. Оранжевобрюхий райский попугай. 9. Земляной попугай. 10. Австралийский ночной попугай

Табл. 10. 1. Златоплечий райский попугай. 2. Крикливая австралийская кустарница. 3. Желтохохлый медосос. 4. Длинноклювая усатая камышовка. 5. Рыжая усатая камышовка. 6. Травяная славка. 7. Красноплечий райский попугай. 8. Оранжевобрюхий райский попугай. 9. Земляной попугай. 10. Австралийский ночной попугай
Табл. 10. 1. Златоплечий райский попугай. 2. Крикливая австралийская кустарница. 3. Желтохохлый медосос. 4. Длинноклювая усатая камышовка. 5. Рыжая усатая камышовка. 6. Травяная славка. 7. Красноплечий райский попугай. 8. Оранжевобрюхий райский попугай. 9. Земляной попугай. 10. Австралийский ночной попугай

Желтохохлый медосос (Meliphaga melanops) по величине и окраске похож на нашу иволгу, но с широкой черной "маской" по бокам головы. Он широко распространен в лесах юго-востока Австралии, однако на небольшом участке восточнее Мельбурна обитает особый подвид этого медососа - шлемовый медосос (М. m. cassidix), которого до 1973 г. считали даже отдельным видом. Гнездятся эти медососы в зависимости от запасов кормов (нектара и насекомых) с августа до января или с июня до марта. Чашевидное гнездо строят в нижнем ярусе кустов, в кладке 2 яйца, которые самка и самец насиживают попеременно.

Ареал шлемового желтохохлого медососа не превышает 260 км2, а места обитания деградируют в результате расчистки леса и интенсивного использования его для рекреации. Этот ярко-окрашенный медосос является эмблемой шт. Виктория, и местные власти приняли все меры для его сохранения. Помимо формального запрета добычи этой птицы и включения ее в Приложение 1 СИТЕС, 226 га ее местообитания вошло в фаунистический резерват штата. Регулярно проводятся учеты всей популяции шлемовых желтохохлых медососов: в 1963 г. были зарегистрированы 300 особей, в 1967 г. - 170, в 1973 г. - 70, а в 1974 г. - 100 птиц. Считается, что стабильной должна быть численность примерно в 200 особей, а для этого территорию резервата необходимо расширить.

В книгу "Австралийские исчезающие виды животных" внесены также несколько эндемичных обитателей островов Лорд-Хау и Норфолк. Лорд-Хау, остров 12 км длиной и менее 3 км шириной, расположен в 630 км восточнее Австралии, имеет вулканическое происхождение и был открыт европейцами в 1788 г. С 1834 г. на нем появились первые поселенцы и сопутствующие им животные - собаки, кошки, свиньи, козы, а в начале нашего века и крысы. Результаты этого не замедлили сказаться: из 15 эндемичных видов и подвидов птиц остались 6. Белую султанскую курицу (Porphyrio porphyrio alba, "Notornis albus") и местный подвид белогорлого голубя (Columba vitiensis godmanae) выбили первые охотники-поселенцы, а краснолобый попугайчик-какарики (Cyanoramphus novaezelandiae subflavescens) был истреблен как "вредитель" сельского хозяйства более века тому назад. Пять эндемиков были уничтожены за 5-10 лет крысами: лордхауская белоглазка (Zosterops strenua), серая геригона (Gerygone insularis), изменчивый дрозд (Turdus poliocephalus vinitinctus), серая веерохвостка (Rhipidura fuliginosa cervina) и норфолкский скворец (Aplonis fusca hulliana), впрочем, крысам помогли кошки и некоторые из интродуцированных птиц.

На грани исчезновения находился лордхауский лесной пастушок (Rallus sylvestris). Некоторые исследователи выделяют его в род Tricholimnas и считают вместе с новокаледонским лесным пастушком реликтами некогда существовавшего предкового вида, а другие относят его к роду Gallirallus как родственного новозеландскому пастушку-уэка. Этот оливково-коричневый нелетающий пастушок был многочисленным в период первых поселенцев, но уже к середине прошлого века сохранился только в горных лесах. В 1969-1974 гг., по данным австралийских орнитологов, были учтены всего 18-24 особи, а в 1980 г. - 15, причем почти все на юге острова на горе Маунт-Гауер. Гнездится лордхауский лесной пастушок на земле, в полной кладке 4 яйца. И гнезда, и сами птицы доступны хищникам, поэтому удивительно, как этот вид еще сохранился. Был разработан проект его спасения путем разведения в неволе, который неожиданно оказался весьма эффективным: несколько отловленных пастушков уже через 4 месяца дали потомство. Через пару лет 57 молодых пастушков из питомника были выпущены в природу и большинство из них хорошо прижились. В 1983 г. в природе и в неволе было уже 120 лордхауских пастушков, что обеспечивает, по крайней мере, на первое время, сохранение вида. В 1939 г. остров был объявлен фаунистическим заказником, но в последние годы имеет место наплыв сюда в летний период туристов. Лордхауский лесной пастушок включен в Приложение 1 СИТЕС, а на горе Маунт-Гауер проводятся работы по борьбе с крысами.

Некоторые специалисты считали вымершим здешний подвид очковой иглоногой совы (Ninox novaeseelandiae albaria), до изредка поступают сведения о встречах этой птицы, хотя она, несомненно, находится на грани исчезновения.

Редким является и лордхауский подвид толстоклювой флейтовой птицы - Strepera graculina crissalis. В середине 70-х годов были учтены всего 30-50 особей, гнездящихся в субтропических дождевых лесах на горных склонах. Возможно, причиной сокращения популяции толстоклювой флейтовой птицы является хищничество или конкуренция со стороны интродуцированных видов птиц.

Вулканический о. Норфолк площадью 36 км2 расположен около 850 км восточнее о. Лорд-Хау. Если на Лорд-Хау живут всего около 200 чел., то на Норфолке - более 1,5 тыс. Девственные леса на острове в значительной степени уничтожены, однако авифауна его при этом меньше пострадала, чем на о. Лорд-Хау. Вскоре после заселения острова англичанами исчез норфолкский земляной голубь (Gallicolumba norfolciensis), а уже в нашем веке вымер норфолкский скворец (Aplonis fusca fusca) и местный подвид светлогузого личинкоеда (Lalage leucopyga leucopyga).

Табл. 11. 1. Очковая иглоногая сова. 2. Зеленогрудый плодоядный голубь. 3. Краснолобый попугайчик-какарики. 4. Чатемская мухоловка-петроика. 5. Белогорлая, или норфолкская, белоглазка. 6. Лордхауский лесной пастушок. 7. Оклендский чирок. 8. Кагу
Табл. 11. 1. Очковая иглоногая сова. 2. Зеленогрудый плодоядный голубь. 3. Краснолобый попугайчик-какарики. 4. Чатемская мухоловка-петроика. 5. Белогорлая, или норфолкская, белоглазка. 6. Лордхауский лесной пастушок. 7. Оклендский чирок. 8. Кагу

Табл. 11. 1. Очковая иглоногая сова. 2. Зеленогрудый плодоядный голубь. 3. Краснолобый попугайчик-какарики. 4. Чатемская мухоловка-петроика. 5. Белогорлая, или норфолкская, белоглазка. 6. Лордхауский лесной пастушок. 7. Оклендский чирок. 8. Кагу
Табл. 11. 1. Очковая иглоногая сова. 2. Зеленогрудый плодоядный голубь. 3. Краснолобый попугайчик-какарики. 4. Чатемская мухоловка-петроика. 5. Белогорлая, или норфолкская, белоглазка. 6. Лордхауский лесной пастушок. 7. Оклендский чирок. 8. Кагу

Под реальной угрозой исчезновения сейчас находится здешний подвид краснолобого попугайчика-какарики (Суanoramphus novaezelandiae cookii). Это средней величины длиннохвостый зеленый попугай с синими первостепенными маховыми и ярко-красным оперением лба и темени. В октябре - декабре в пустотах ветвей и стволов птицы устраивают гнезда и откладывают 1-5 яиц. Численность краснолобых какарики сократилась не только в результате уничтожения лесов (последние сохранились теперь преимущественно на территории резервата на склонах горы Маунт-Питт), но и из-за конкуренции со стороны завезенного из Австралии попугая - розеллы Пеннанта. Кроме того, птиц отстреливают на фруктовых плантациях, куда они залетают в период созревания плодов, хотя эти попугаи формально находятся под охраной. На острове остались всего 20-30 птиц, и норфолкский подвид краснолобого какарики может разделить судьбу двух уже вымерших подвидов на островах Лорд-Хау и Маккуори.

Очковая иглоногая сова (Ninox novaeseelandiae), 15 подвидов которой населяют Австралию и острова Океании, живет и на о. Норфолк. Местный подвид этой совы - N. n. royana (в Красной книге он приведен под названием N. п. undulata) - был добыт в районе горы Маунт-Питт в 1912 г. Здесь же этих птиц изредка слышат и теперь, но до сих пор общая их численность неизвестна, а возможные места обитания резко сократились. Норфолкская очковая иглоногая сова величиной с сипуху, но темно-коричневая с белыми, круглыми пятнами и с темными "очками" на палевом лицевом диске. В сентябре- ноябре в гнезде, устроенном в пустотах деревьев в лесном резервате Маунт-Питт, можно найти кладку этой совы, в которой 3-4 яйца. В настоящее время вид включен в Приложение 1 СИТЕС, на острове он находится под охраной: главное сейчас - сохранить ее местообитания.

В критическом положении находится норфолская, или белогорлая, белоглазка (Zosterops albogularis) - птица величиной с синицу, с белым кольцом вокруг глаза, коричневато-зеленой окраской верха и белой на горле и груди, лишь бока у нее рыжевато-коричневые. В развилке ветвей в октябре - декабре белоглазки строили чашевидные гнезда, в кладке было 2 яйца. Кроме белогорлой белоглазки, на острове в этих же местообитаниях жила тонкоклювая белоглазка, а с 1904 г. на Норфолке появилась еще и сероспинная белоглазка. Девственные леса, пригодные для обитания белогорлой белоглазки, сохранились всего на площади 405 га в резервате Маунт-Питт. Наряду с хищничеством кошек и крыс существенную роль в судьбе этого редкого и в прошлом вида может сыграть конкуренция двух других, более многочисленных видов белоглазки. В 60-х годах во время специальных исследований видели всего двух-трех белогорлых белоглазок, а всю популяцию оценивают меньше чем в 50 особей. Хотя этот вид включен в Приложение 1 СИТЕС и разрабатываются планы восстановления лесных местообитаний, норфолкская белоглазка находится на грани исчезновения.

Прежде чем перейти к редким видам птиц многочисленных островов Океании, рассмотрим некоторых представителей удивительной авифауны Новой Зеландии. После исчезновения эндемичного отряда моаобразных в Новой Зеландии сохранились представители еще одного отряда нелетающих птиц: кивиобразные - символ этой страны. Из четырех известных видов киви один вымер, вероятно, еще в доисторические времена, а малый киви (Apteryx owenii) сохранился сейчас только на о. Капити (у юго-западного побережья о. Северный). В прошлом малый киви был широко распространен на обоих островах, но последние особи на о. Южный, вероятнее всего, исчезли в 70-х годах, а на о. Д'Юрвиль (зал. Тасман) - несколько позже. На о. Капити несколько малых киви были интродуцированы в начале нашего века, и вся современная популяция этого вида (500-600 особей) - потомки тех птиц.

Малый киви - самый мелкий из трех видов, имеет пеструю окраску из темно-коричневых и желтоватых полос на сером фоне. Самец и самка различны лишь по массе и по размерам клюва. Живут птицы под пологом девственного леса и кустарниковых зарослей, где ночью разыскивают ягоды и различных беспозвоночных, выкапывая небольшие ямки и зондируя почву клювом. В одну из ямок самка откладывает 1, реже 2 яйца, которые почти 2 мес. насиживает самец. Судя по исследованиям Дж. Джолли, пары у малых киви занимают определенную территорию, которую охраняют от других партнеров, предупреждая их криками. Яйца киви имеют непропорционально большие размеры по отношению к массе самих птиц и очень крупный желток. Птенец покидает "гнездо" через неделю, но примерно в течение месяца его сопровождают самец и самка. Успешно размножаются малые киви и в неволе.

Причины исчезновения малого киви на островах Северном и Южном на фоне достаточно стабильного состояния популяций двух других видов при тех же условиях изменения местообитаний трудно объяснимы. Лишь на о. Капити, несмотря на хищничество крыс, пастушка-уэка и опоссумов, популяция этого вида сейчас в относительной безопасности. Все-таки на этом острове планируется сократить численность хищников, а также попытаться поселить малых киви на другие острова. Все виды киви в Новой Зеландии находятся под охраной.

В Красную книгу Новой Зеландии в качестве вымершего вида занесена новозеландская малая выпь - Ixobrychus novaezelandiae, около 20 экземпляров которой сохранилось в музеях мира. Все они были добыты в болотах и лагунах Уэстленда и запада Отаго. В течение уже почти 100 лет никаких новых сведений о новозеландской малой выпи нет. Некоторые специалисты считают эту птицу местным подвидом малой выпи, распространенной на многих островах и континентах Старого Света и в нашей стране. Другие предполагают, что новозеландские выпи являются лишь темной морфой австралийского подвида малой выпи, и в период миграций были занесены ветрами на о. Южный. Если в ближайшие годы этих птиц обнаружить не удастся, придется признать, что это был действительно эндемичный вид или подвид, ныне вымерший.

Оклендский крохаль (Mergus australis) известен только в виде шкурок (около 26) и нескольких скелетов в музеях мира. Последняя птица была добыта в 1902 г. Все коллекционные экземпляры, вероятнее всего, были привезены с субантарктических островов Окленд, где птиц добывали в узких заливах главного острова. Кроме того, 11 костей оклендского крохаля найдено в "кухонных остатках" маори и в песчаных дюнах у северо-восточного берега о. Южный и на о. Стьюарт, что свидетельствует о более широком в прошлом распространении этого реликтового вида.

Внешне оклендский крохаль похож на самку нашего большого крохаля, но мельче ее и с темным чешуйчатым рисунком на нижней стороне тела. Многократные за последние 50 лет попытки обнаружить этого крохаля оказались безрезультатными, а причины его исчезновения неизвестны. Вероятнее всего, места обитания, гнезда и птенцов оклендского крохаля регулярно уничтожали одичавшие свиньи (их завезли на остров в 1807 г.) и расплодившиеся во второй половине XIX в. крысы и козы. По крайней мере, этим можно объяснить исчезновение на главном из этих островов нелетающего оклендского чирка.

Оклендский чирок (Anas a. aucklandica), вероятнее всего, проникший на острова Окленд из Новой Зеландии, практически потерял способность летать и вел оседлый образ жизни на всех островах архипелага. Теперь 1,2-1,5 тыс. особей этих птиц сохранились только на о. Адаме и на других пяти островках, куда не проникли интродуцированные животные. В 1886 г. оклендского чирка добыли примерно в 240 км юго-восточнее - на о. Кэмпбелл. Его отнесли к особому подвиду - A. a. nesiotis, но уже в первой половине нашего века кэмпбеллскую форму сочли вымершей. В 1944, 1958 и 1975 гг. поступали сообщения о встречах подобных чирков: по-видимому, несколько пар кэмпбеллского подвида сохранились на о. Дент, расположенном в километре от южной оконечности о. Кэмпбелл. Наконец, новозеландский подвид оклендского чирка (A. a. chlorotis) хотя и имеет укороченные крылья, но летает. Около 1000 этих птиц еще живут на болотах и озерах в различных частях Новой Зеландии и на о. Стьюарт.

Оклендского пастушка, описанного Л. Ротшильдом под названием Rallus muelleri, по единственному экземпляру, погибшему при пожаре в Штутгартском музее в 40-х годах, также считали вымершим с 1865 г. Для этой наземной птицы, гнездящейся в кустарниках и траве, серьезную опасность представляли свиньи, козы, кошки и крысы. В 1942 и 1962 гг. на о. Адаме, самом южном из островов Окленд, слышали крики какого-то пастушка, но лишь в 1966 г. была поймана птица, которую определили как местный подвид пастушка Левина, или серогрудого (Rallus pectoralis), распространенного на Новой Гвинее, в Австралии и на некоторых других островах. Так как типовой экземпляр оклендского пастушка сгорел, сравнить вновь обнаруженную птицу с Rallus muelleri было невозможно, но решили, что они идентичны. Таким образом, оклендский пастушок R. pectoralis muelleri, вероятно, еще существует на о. Адаме, чего нельзя сказать об исчезнувшем в начале нашего века чатемском пастушке (Rallus modestus), места обитания которого были уничтожены козами и кроликами, а самих нелетающих птиц докончили крысы и кошки. Формально оклендский пастушок находится под охраной закона, но его четвероногие враги на острове существуют.

Из других эндемичных пастушковых Новой Зеландии наибольшее внимание привлекает такахе - Notornis mantelli. Внешне он несколько напоминает гнездящуюся на юге Прикаспия султанскую курицу, но имеет более яркое, синих и зеленых тонов оперение, красные ноги и такого же цвета массивный клюв, поэтому некоторые систематики относят такахе к роду султанских куриц- Porphyrio. Эту потерявшую способность к полету птицу считали вымершей на рубеже XIX и XX вв. Однако в 1948 г. Дж. Орбелл на юго-западе о. Южный после тщательных поисков в горах западнее оз. Те-Анау обнаружил и сфотографировал такахе. Правительство Новой Зеландии срочно объявило большую территорию в горах Мерчисон и Стьюарт заповедной, что спасло реликтовую популяцию такахе от нашествия любителей экзотики и коллекционеров, правда, оставалась опасность ее исчезновения под влиянием интродуцированных благородных оленей, вапити, серн и горностаев.

Живут такахе на альпийских лугах, в кустарниках и лесах по склонам гор на высоте 600-1000 м над ур. м. Олени оказались опасными (особенно в снежный период на альпийских лугах) конкурентами такахе, питающихся различными растениями и корневищами папоротника. Поэтому в 1948-1978 гг. на территории обитания такахе были отстреляны около 17 тыс. оленей. Несколько такахе были выведены из яиц, взятых в природе, но результаты опытов по разведению этих птиц пока малоутешительны.

Размножаться такахе начинают на 3-4-й год жизни, гнездо устраивают из травы под кочками и откладывают от одного до трех, чаще 2 кремовых с коричневыми пятнами яйца, которые самка и самец насиживают около 4 недель. Первое время птенцы кормятся беспозвоночными, но с двухнедельного возраста предпочтение отдают растительным кормам. Только 40% птенцов доживают до трехлетнего возраста; ежегодно гнездится около 80% взрослых пар такахе.

В 1948 г. всю популяцию оценивали в 7 пар, а к 1958 г. она состояла примерно из 70 пар. В настоящее время в природе живут 200-250 особей такахе южного подвида (N. m. hochstetteri) - все во Фьордленде, а номинативный подвид (N. m. mantelli) известен только по ископаемым остаткам в южной половине о. Северный.

Среди ржанкообразных наибольшие опасения вызывают эндемичные виды куликов, в частности новозеландский зуек (Charadrius novaeseelandiae). Он довольно крупный, похожий внешне на наших зуйков, но с черной (у самцов) или коричневой (у самок) головой и шапочкой, отделенной белым венцом. В прошлом веке этот зуек, которого некоторые специалисты относят к роду Thinornis, гнездился по побережьям обоих островов Новой Зеландии, ряда мелких прилежащих островов и на всех островах Чатем. В кладке зуйка 2-3 яйца, расположена она в ямке, недалеко от берега, выложенной корешками и травой, и весьма доступна для интродуцированных кошек и крыс. Поэтому неудивительно, что к началу нашего столетия на Новой Зеландии этот вид исчез, а сейчас сохранился только на маленьком, всего 220 га, о. Саут-Ист, или Рангатира (группа островов Чатем), куда не проникли кошки и крысы. Островок этот объявлен резерватом, но случайное проникновение на него четвероногих хищников может привести к исчезновению новозеландского зуйка как вида: птиц этих здесь около 120, в 1968-1973 гг. их было 80-90. Попытки интродуцировать зуйков на другие острова окончились неудачей, так как перевезенные птицы возвратились обратно на родной остров.

В последние годы в список редких птиц следует внести темную ржанку - Ch. obscurus (некоторые специалисты относят ее к роду Pluyialis, а Г. Вольтерс выделил в монотипичный род Pluviorhynchus). Эта птица крупнее новозеландского зуйка и в гнездовой период почти вся красновато-коричневого цвета с белой бровью и подбородком; к зиме нижняя сторона тела становится почти белой, а верхняя темно-коричневой. Пары у темных ржанок сохраняются на протяжении почти всей жизни. В августе - феврале в ямку на песчаном берегу или среди низкорослой травы самка откладывает 3 яйца, которые насиживает 28-32 дня. После подъема молодых на крыло до начала мая встречаются стайки этих птиц. Темные ржанки в Новой Зеландии образуют две популяции: одна населяет о. Северный от мыса Северный до мыса Восточный, а другая - побережье Саутленда на островах Южный и Стьюарт. Предполагают, что общая численность этих эндемичных ржанок не превышает 1400 особей, поэтому вид находится под охраной.

Чатемский кулик-сорока (Haematopus chathamensis, или Н. unicolor chathamensis) тоже редкий вид: сохранилось всего около 50 птиц. Однако на таком предельно низком уровне численности популяция находится на островах Чатем в течение последних десятилетий. Гнезда птицы устраивают на каменистых берегах островков, где меньше хищников, а 2 птенца в год, вероятно, достаточно для компенсации гибели птиц в популяции. Некоторые островки - места обитания чатемского кулика-сороки объявлены резерватами.

Табл. 12. 1. Оранжеволобый попугайчик-какарики. 2. Гуйя-седлоспин. 3. Новозеландский медосос-хихи. 4. Бородатая гуйя. 5. Новозеландский свистун, или пиопио. 6. Темная ржанка. 7. Такахе. 8. Новозеландский зуек. 9. Черный ходулочник. 10. Совиный попугай, или какапо
Табл. 12. 1. Оранжеволобый попугайчик-какарики. 2. Гуйя-седлоспин. 3. Новозеландский медосос-хихи. 4. Бородатая гуйя. 5. Новозеландский свистун, или пиопио. 6. Темная ржанка. 7. Такахе. 8. Новозеландский зуек. 9. Черный ходулочник. 10. Совиный попугай, или какапо

Табл. 12. 1. Оранжеволобый попугайчик-какарики. 2. Гуйя-седлоспин. 3. Новозеландский медосос-хихи. 4. Бородатая гуйя. 5. Новозеландский свистун, или пиопио. 6. Темная ржанка. 7. Такахе. 8. Новозеландский зуек. 9. Черный ходулочник. 10. Совиный попугай, или какапо
Табл. 12. 1. Оранжеволобый попугайчик-какарики. 2. Гуйя-седлоспин. 3. Новозеландский медосос-хихи. 4. Бородатая гуйя. 5. Новозеландский свистун, или пиопио. 6. Темная ржанка. 7. Такахе. 8. Новозеландский зуек. 9. Черный ходулочник. 10. Совиный попугай, или какапо

Значительно хуже положение черного ходулочника (Himantopus novaezelandiae) - красноногого кулика, по форме и величине похожего на нашего ходулочника, но черного (самцы) или черно-бурого (самки) цвета. В настоящее время район обитания птиц этого вида сократился на о. Южный (до бассейна р. Уаитаки на севере Отаго и юге Кентербери). Часть местообитаний в последние годы была уничтожена осушительными и строительными работами. Гнездятся черные ходулочники в сентябре-декабре. В кладке 3-4 яйца, но успех размножения очень низкий, сказывается хищничество кошек, крыс и других животных, а также скрещивание с местным подвидом обыкновенного ходулочника. Были начаты опыты по инкубированию яиц, взятых из гнезд (сейчас в питомнике имеется около 25 птиц), и подкладке яиц черного ходулочника в гнезда обыкновенного, а также гибридных пар. Общая численность этих птиц в природе, видимо, не превышает 50-60 особей. Черный ходулочник находится под охраной закона, район его гнездования огорожен "электрическим сторожем" для защиты от четвероногих хищников; в период размножения приходится еще и присматривать за гнездами черного ходулочника: кладка этого кулика на европейском черном рынке оценивается "коллекционерами" в 10-20 тыс. дол.

Популяция новозеландского плодоядного голубя (Hemiphaga novaeseelandiae) - птицы величиной с вяхиря, с белым низом и различных оттенков зеленым оперением верха и груди - в конце XIX-начале XX вв. в связи с вырубкой лесов и интенсивным отстрелом резко сократилась. В 1921 г. в Новой Зеландии он был взят под полную охрану, и сейчас это обычный вид на обоих островах. Питаются новозеландские голуби преимущественно плодами растений и благодаря постоянным перемещениям играют существенную роль в распространении семян эндемичных растений, всхожесть которых увеличивается после прохождения через желудочно-кишечный тракт птицы. В этом плане плодоядные голуби на многих островах Океании играют значительную роль в возобновлении некоторых видов растений.

Подвид новозеландского плодоядного голубя Н. n. spadicea, обитавший на о. Норфолк, был истреблен еще в начале XIX в. По-видимому, еще один подвид этого же голубя исчез на о-вах Кермадек во второй половине XIX в. На грани вымирания находится популяция новозеландского голубя (Н. п. chathamensis) на о. Чатем: сохранилось всего около 25 особей.

В Новозеландской фаунистической подобласти обитают 4 вида плоскохвостых попугайчиков, или какарики, из рода Cyanoramphus. О краснолобом какарики, вымершем на островах Лорд-Хау и Маккуори, уже было сказано. Желтоголовый попугайчик-какарики (С. auriceps), которого разводят в клетках многие любители, довольно многочислен в Новой Зеландии, но его чатемский подвид С. a. forbesi сохранился только в количестве 20-30 особей, хотя лет 20 назад птиц было около 100. Помимо уничтожения местообитаний, в последние годы этому подвиду угрожает гибридизация с чатемским подвидом краснолобого какарики.

Похожий на желтоголового какарики, но мельче размерами и с ярко-оранжевой уздечкой от лба до глаз оранжеволобый попугайчик-какарики (С. malherbi) встречается в Новой Зеландии только в горных лесах северной половины о. Южный. Численность популяции неизвестна, но встречи этих птиц весьма редки (в нашем столетии - менее 10 наблюдений, включая регистрацию двух птиц в феврале и апреле 1984 г. в долине Хоудон), биология их размножения не изучена. Некоторые специалисты предполагали, что оранжеволобый какарики представляет не самостоятельный вид, а лишь цветовую морфу желтоголового какарики, и тщательное изучение А. Никсоном музейных экземпляров подтверждает эту точку зрения.

Оранжеволобый какарики в Новой Зеландии находится под охраной закона и как исчезающий вид занесен в Красную книгу.

Уникальный среди попугаев мира совиный попугай, или какапо (Strigops habroptilus), почти потерял способность летать и ведет преимущественно ночной образ жизни. Эта огромная птица (до 60 см длиной и массой 2,5 кг) оливково-зеленого цвета с темными и светлыми пестринами большую часть времени проводит в густом подлеске коренных лесов и в субальпийских кустарниках в долинах и на склонах гор до 1200 м над ур. м. Питаются какапо главным образом растениями и их семенами. Широко распространенные в прошлом, в настоящее время они сохранились только в центральной части о. Стьюарт и в нескольких юго-западных районах о. Южный, в том числе в национальном парке Фьордленд.

Сведения, что какапо слышали в 1961 г. на о. Северный, вероятнее всего, ошибочны.

Увидеть этих птиц в природе трудно, но крики, которые издают самцы в брачный период, используя в качестве резонаторов ямы, вырытые ими в земле, можно услышать за 2-4 км.

В настоящее время общая численность какапо в природе едва ли превышает 50 особей, хотя в 1960 г. предполагали существование 200 птиц. Основная причина их исчезновения - деятельность интродуцированных хищников (включая кошек и крыс), а также уничтожение и изменение местообитаний человеком и завезенными на острова копытными. Гнездятся какапо на земле, откладывая в ямку 2-4 белых яйца, но выживает чаще лишь один птенец. К тому же размножается этот попугай один раз в два года, а при неблагоприятных условиях еще реже. В насиживании и выкармливании птенцов принимает участие только самка. Почти все птицы, отловленные в 60-70-х годах, оказались самцами, самок ловили лишь на о. Стьюарт. Д. Мертон объясняет преобладание самцов в природе тем, что какапо является представителем токовых птиц. Пар они не образуют, а вырытые птицами группы ям используются многими самцами как места демонстрации себя перед самками, посещающими эти "токовые площадки". Поэтому разведение какапо в неволе представляет значительные трудности, хотя вольерное содержание они переносят довольно хорошо, что было отмечено еще в прошлом веке. Помимо запрета добычи и включения этого вида в Приложение 1 СИТЕС, одним из возможных путей его сохранения является расселение какапо на острова, свободные от хищников - своеобразные авиарии. В 1974-1975 гг. трех попугаев (возможно, самцов) выпустили на о. Мауд, расположенный у северо-восточных берегов о. Южный в границах морского парка Марлборо-Саундс; предполагалось интродуцировать какапо и на о. Литл-Барриер. Небольшая, примерно из 30 птиц, но жизненная популяция сохранилась на о. Стьюарт.

Никаких надежд не остается на возрождение новозеландской совы-хохотуньи (Sceloglaux albifacies). На о. Северный местный подвид этой крупной, величиной с серую неясыть, но с более темной окраской оперения и чешуйчатым рисунком, исчез с 1890 г. На о. Южный последние особи номинативного подвида были добыты в 1914 г., но до 1960 г. поступали различные сведения о встречах или о характерных криках этой совы в горах востока Отаго и юго-востока Марлборо. Гнезда хохотунья когда-то устраивала на склонах гор, в расщелинах и нишах, в которые в сентябре - октябре самка откладывала 1-3 яйца. По-видимому, завезенные хищники, главным образом крысы, а также разрушение местообитаний пожарами стали причинами исчезновения этого вида. Однако новозеландские орнитологи надеются, что в укромных уголках гор сова-хохотунья, возможно, еще сохранилась, поэтому она включена в число полностью охраняемых птиц, а в случае обнаружения особей этого вида будут приняты меры к отлову и разведению их в неволе.

Из воробьиных птиц новозеландский медососхихи (Notiomystes cincta) занесен в Красную книгу Новой Зеландии, хотя общая численность этого вида сейчас, вероятно, составляет несколько тысяч особей. Все дело в том, что хихи, как его называют маори, к началу нашего века чуть не вымер: он исчез с островов Северный и Грейт-Барриер. Лишь на о. Литл-Барриер (30 км) сохранилось небольшое количество этих невзрачных зеленовато-коричневых птичек со светлыми плечами и черной головой и шеей у самца. Объявленный с 1896 г. резерватом о. Литл-Барриер стал последним убежищем исчезающего вида.

Гнездятся эти медососы в дуплах деревьев или пустотах ветвей, они довольно плодовиты: в кладке 3-5 яиц. Постепенно численность птиц восстанавливается. В конце 60-х годов на острове гнездились не менее 200 птиц, в 1980 г. этот вид был интродуцирован на маленьком о. Хен. В 1982-1984 гг. популяция медососовхихи достигла 3 тыс. пар, и теперь она вне опасности.

Кустарниковый крапивник (Xenicus longipes) - один из представителей эндемичного семейства новозеландских крапивников (всего их 4 вида), напоминает маленькую синицу с коротко обрезанным хвостом и яркой белой "бровью" на коричневой головке. Он встречался в нижних ярусах первичных лесов и кустарниках во многих районах страны. Популяцию с о. Северный относили к подвиду X. l. stokesi, с о. Южный - к номинативной расе, а на о. Стьюарт и прилежащих островках обитали X. l. variabilis. В кладке кустарникового крапивника было всего 2-3 яйца, а гнездо располагалось низко над землей или прямо на земле. Естественно, что интродуцированные мелкие хищники, включая горностая и крыс, довольно быстро расправились с этим эндемичным видом. С островов Северный и Южный за последние 25 лет не поступало никаких сведений о существовании где-либо кустарникового крапивника. Дольше всех крапивник продержался на о. Стьюарт и особенно на островках у его побережья, но после 1962 г. на о. Биг-Саут-Кейп и островки Соломон проникли черные крысы,и этот подвид был обречен. В 1964 г. на о. Биг-Саут-Кейп отловили 9 крапивников, 3 из которых погибли, а 6 были выпущены на маленький, всего 8 га, о. Каимоху, который расположен к северо-западу от о. Стьюарт. В марте 1972 г. на этом острове видели двух кустарниковых крапивников, но еще через 4 года эти птицы, вероятнее всего, вымерли и здесь. Другой нелетающий вид новозеландского крапивника - стефенский кустарниковый крапивник (Xenicus lyalli) в 1894 г. был уничтожен единственной кошкой смотрителя маяка на о. Стефен.

Похожая на нашу зарянку, но полностью черного цвета чатемская мухоловка-петроика (Petroica traversi) находится на грани исчезновения, и орнитологи Новой Зеландии с помощью национальной Службы охраны животных и международных организаций делают все возможное для ее спасения. Этот эндемичный вид группы островов Чатем в прошлом населял низкорослые леса с кустарниками на самом о. Чатем, а также на островах Питт, Манжер и Литл-Манжер. На островах Чатем и Питт чатемская мухоловка вымерла еще до 1871 г., а в 1890 г. расчистка территории под пастбища и появление кошек на о. Манжер привели к быстрому ее исчезновению и на этом острове. Причины вымирания - изменение местообитаний, воздействие кошек и крыс. Сохранилась чатемская мухоловка только на маленьком, всего 16 га, но свободном от наземных хищников скалистом о. Литл-Манжер. Однако здесь кустарниковые заросли занимают всего 4 га на плоской вершине островка, к тому же местообитания постепенно деградируют, а любые неблагоприятные факторы, в том числе и климатические, могут привести к гибели очень небольшой популяции чатемской мухоловки. По наблюдениям на о. Литл-Манжер в 1937, 1961 и 1968 гг., полагали, что здесь сохранились около 20-30 пар птиц. Более тщательные исследования с применением в 1973 г. индивидуального цветного мечения показали, что на острове живут 6 пар птиц и еще 4 самца, в 1975 г. здесь видели всего 9 птиц, а в конце 1976 г. обнаружили, что из 7 сохранившихся птиц остались лишь 2 самки. К этому времени уже был разработан план спасения вымирающего вида. Его цель - отловить всех птиц на о. Литл-Манжер и перевезти их на охраняемый о. Манжер, где с 1968 г. были вывезены овцы и начали восстанавливаться подходящие местообитания, а кошки и крысы были уничтожены.

В 1977 г. на о. Манжер одна пара мухоловок нормально размножалась. К сожалению, возможности воспроизводства у этих птиц очень низкие: в кладке всего 2 яйца, а птенцы часто гибнут. Позднее на о. Манжер на каждую гнездящуюся пару приходилось около 0,5 молодых в год. Чтобы снизить смертность птенцов и ускорить процесс восстановления популяции, в сезон размножения 1980/81 г. был применен "кросс-фостеринг": первые кладки из гнезд двух оставшихся пар были изъяты (в надежде, что чатемские мухоловки сделают повторные кладки) и подложены в гнезда белолобой геригоны - местного вида мухоловковых. В результате из четырех молодых чатемских мухоловок, выживших в 1981 г., 3 родились в гнездах геригоны. Правда, молодых в возрасте более 10 дней докармливали чатемские мухоловки: мухоловки-геригоны отказались дальше кормить черных птиц. Более удачным видом, который можно использовать для подкладки яиц, оказалась чатемская раса новозеландской петроики, но эти птицы гнездились на о. Саут-Ист, расположенном юго-восточнее о. Питт. У некоторых пар чатемской мухоловки-петроики яйца из первых кладок были перевезены на о. Саут-Ист и подложены в гнезда местных новозеландских мухоловок-петроик. Для предотвращения импринтинга чатемских мухоловок-петроик, родившихся на о. Саут-Ист, перевезли на о. Манжер, а пару двухлетних птиц с о. Манжер в январе 1983 г. поселили на о. Саут-Ист. В результате этих работ впервые у чатемских мухоловок-петроик были отмечены трехъяйцевые кладки и гнездование одиннадцатимесячной самки с более старым самцом, что дает надежды на продление этого сложного проекта возвращения к жизни почти вымершего вида. Пока еще рано говорить об успехах по спасению чатемской мухоловки-петроики, но определенные результаты уже есть: если в 1980 г. в природе существовали лишь 5 чатемских мухоловок, то в 1984 г. их стало 20 птиц (8 на о. Манжер и 12 на о. Саут-Ист), а в 1985 г. популяция увеличилась до 38 особей.

Эндемичное семейство новозеландских скворцов, или гуй, представлено всего тремя видами, из которых разноклювая гуйя (Heteralocha acutirostris) вымерла на о. Северный еще в начале нашего века, а представители двух других видов занесены в международную Красную книгу и Красную книгу Новой Зеландии.

Бородатая гуйя, или кокако (Callaeas cinerea), - черная, с белой каймой на хвосте птица, величиной с дрозда. Белый клюв у самца довольно короткий, а у самки он длиннее и изогнут книзу. У птиц с о. Южный "сережки" по бокам подбородка имеют оранжевую окраску, а на о. Северный - голубоватую. Соответственно выделяют два подвида - С. с. cinerea и С. с. wilsoni, но южный (номинативный), вероятнее всего, вымер: на о. Стьюарт последние птицы отмечены в начале 50-х годов, а на о. Южный, в некоторых районах запада Отаго и Нельсон, - примерно в 1960 г. В 1967 г. южноостровную бородатую гуйю якобы встретили в нотофагусовых лесах, однако тщательные поиски на этом участке в 1981 г. оказались напрасными. Гнездятся эти птицы в нижних частях кроны, а кормятся, подобно нашим дроздам, на земле. По-видимому, на островах Южный и Стьюарт этих птиц уничтожили интродуцированные хищники, тем более что уровень воспроизводства у бородатой гуйи очень низкий: в кладке 2-3 яйца, но выживает 1-2 птенца; сказалось и сведение лесов.

На островах Северный и Грейт-Барриер также значительная часть лесов уничтожена и имеются четвероногие хищники, но здесь сохранилось несколько сотен особей североостровного подвида бородатой гуйи.

Возможно, что этот подвид оказался более жизнестойким и плодовитым. Например, в январе 1979 г. близ Окленда наблюдали выводок, в котором были 2 взрослые и 4 молодые птицы. Однако ареал бородатой гуйи с конца прошлого века существенно сократился, а изменение местообитаний привело к изоляции поселений в отдельных локальных участках; некоторые из этих участков в последние годы объявлены лесными резерватами.

Гуйя-седлоспин (Creadion carunculatus), названная так за каштановую окраску спины и плечевых, напоминающую на остальном черном фоне птицы седло, отнесена в Красной книге Новой Зеландии к редким и охраняемым птицам. Однако сейчас она находится вне опасности благодаря вмешательству ученых. Эта птица, величиной со скворца, была широко распространена в Новой Зеландии и на прилежащих островах, но с началом колонизации стала быстро исчезать в большинстве районов под натиском крыс и других хищников. В начале нашего столетия североостровной подвид гуйи-седлоспина (с желтой каймой переднего края "седла") сохранился только на о. Хен (из группы островов Хен-энд-Чикенс у восточного побережья Нортленда), а южноостровной - на о. Биг-Саут-Кейп и других островках близ юго-западной оконечности о. Стьюарт.

Гнездятся эти птицы в дуплах деревьев и густых сплетениях ветвей невысоко над землей, поэтому проникновение крыс или кошек на острова могло привести к гибели популяций. Учитывая, что седлоспины ведут оседлый образ жизни, еще в 1925 г. пытались перевезти их с о. Хен на о-ва Литл-Барриер и о. Капити, но опыты окончились неудачно. С 1964 г. начались систематические работы по переселению седлоспинов на различные острова, где не было четвероногих хищников. До 1974 г. были перевезены и выпущены 133 птицы северного подвида и 161 южного. Продолжались эти работы и в последующие годы. На некоторых островах гуйи-седлоспины хорошо прижились и образовали устойчивые популяции. В настоящее время в природе около 2 тыс. особей северного подвида и примерно 300 птиц южного. Теперь необходим лишь постоянный контроль за популяциями на различных островах и охрана их от проникновения хищников.

Новозеландский свистун, или пиопио (Turnagra capensis), единственный представитель эндемичного семейства, вероятнее всего, вымер: более 40 лет никто не видел этих, обычных в прошлом птиц.

Острова южной части Океании имеют много реликтовых видов птиц, распространенных в прошлом более широко; 90 видов и подвидов птиц этих островов, включая Гавайские и Галапагос, внесены в Красную книгу (эндемиков Гавайских о-вов, а также морских птиц, связанных с островами только в период гнездования, мы рассмотрим отдельно в конце раздела).

Из пластинчатоклювых в Красную книгу и Приложение 1 СИТЕС внесена марианская утка - Anas oustaleti. Эта крупная утка, похожая на самку кряквы, отмечена на островах Сайпан, Тиниан и Гуам, где до второй мировой войны были добыты около 40 птиц. В последние годы достоверных сведений о встречах марианской утки нет. Некоторые специалисты считают, что марианская утка является не видом, а лишь гибридом между кряквой и светлобровой черной кряквой. Однако в 30-х годах видели стаи этих уток в 50 особей, что едва ли возможно в случае их гибридного происхождения. Вероятно, это островной подвид кряквы, находящийся на грани исчезновения или уже вымерший (причины этого - охота и осушение мест обитания). Последний раз двух этих, видимо, уток видели на о. Сайпан в 1976 г.

Только на Марианских о-вах и на о-вах Палау (в западной группе Каролинских) сохранился большеног Лаперуза (Megapodius laperouse). Номинативный подвид этого большенога (М. l. laperouse) в прошлом был обычен на большинстве Марианских о-вов, однако в результате сбора яиц, охоты и изменения местообитаний на многих из них большеног Лаперуза исчез в конце прошлого - первой половине нашего века; сейчас он сохранился преимущественно на маленьких необитаемых островках. В 1978 г. с десяток этих птиц обнаружены на о. Сайпан, где их ранее также считали исчезнувшими.

Величиной с мелкую курицу, большеног Лаперуза имеет темно-бурую окраску, лишь оголенные участки кожи на лицевой стороне и на горле красные, а темно-серый верх головы имеет такого же цвета хохол. Как и другие сорные курицы, большеноги Лаперуза не насиживают кладку, а используют для инкубации яиц природное тепло. Они сооружают из земли, песка и остатков растительности кучи, в которые самки откладывают 5-8 крупных яиц. На о-вах Палау обитает другой подвид большенога Лаперуза (М. l. senex), отличающийся от марианского более светлой окраской хохла и верха головы; эти птицы зарывают яйца в почву, прогреваемую вулканическим теплом или солнцем. Данных о численности большеногое Лаперуза нет, но полагают, что на о-вах Палау сохранились менее сотни птиц и несколько - на Марианских о-вах.

Из многочисленных эндемичных видов пастушковых Океании 4 вида, несомненно, вымерли до середины нашего века, но новокаледонский лесной пастушок (Rallus lafresnayanus), которого считают вымершим с 1904 г., возможно, еще существует в природе. По крайней мере, предполагали, что его видели местные жители в 1936 и 1947 гг. Этот крупный, превосходящий по величине лысуху, длинноклювый пастушок, похожий на лордхауского лесного пастушка (поэтому многие специалисты относят его к роду Tricholimnas), в конце прошлого века встречался в девственных лесах по речным долинам преимущественно в южной части Новой Каледонии. Английский орнитолог Т. Стокс в 1976 г. пытался найти новокаледонского пастушка в местах, указанных местными жителями. С помощью магнитофона в сумерки он воспроизводил крики лордхауского пастушка, но желаемого эффекта не добился. Однако на основании рассказа местного жителя, который видел такую птицу в 1966 г., Т. Стокс надеется, что новокаледонский пастушок, возможно, еще сохранился в заболоченной долине верховья р. Бланше у горы Пани на юге острова.

Похожего на нашего пастушка, но крупнее его и с белым рисунком на крыльях фиджийского пестрокрылого пастушка (Rallus poecilopterus), некоторые авторы относят его к роду Nesoclopeus) также считали вымершим еще в конце прошлого века. Более 80 лет о нем не было никаких сведений, но в июне 1973 г. Д. Холиоук увидел эту птицу на о. Вити-Леву, на участке, заросшем таро, или колоказией, и окруженным девственным лесом. Экземпляры фиджийских пастушков, хранящиеся в музеях, были добыты во второй половине XIX в. на о. Вити-Леву и в 20 км восточнее - на о. Овалау; предполагают, что его наблюдали и на о. Тавеуни. Местообитания этих пастушков - заболоченные низины и поля таро - сохранились, но интродуцированные мангусты, а также крысы и кошки, по-видимому, нанесли ощутимый урон популяции птиц. Судя по коротким и округлым крыльям, фиджийский пастушок летал очень плохо, поэтому взрослые птицы, а тем более их птенцы и кладки были для хищников легкой добычей. Если этот вид в наши дни еще и существует, то находится он на грани вымирания. Впрочем, некоторые специалисты считают его не видом, а лишь номинативным подвидом пестрокрылого пастушка, распространенного на некоторых островах из группы Соломоновых.

Б восточной части Соломоновых о-вов, на о. Сан-Кристобаль, в декабре 1929 г. был добыт самец камышницы, которого Э. Майр назвал Edithornis silvestris. Позднее эту санкристобальскую камышницу вместе с вымершей самоанской камышницей объединили в один род - Pareudiastes, но сейчас специалисты склонны считать ее представителем широко распространенного рода Gallinula и называют Gallinula silvestris. Санкристобальская камышница похожа на нашу зеленоногую камышницу, но спина и крылья у нее шоколадно-коричневого цвета, зоб и верх живота черные, а ноги, как и клюв, красные. В 1953 г. этих довольно редких птиц видели А. Кейн и И. Галбрей.

Камышницы почти не умеют летать и живут в горном лесу, перемежающемся плантациями. Поскольку это малодоступные места, исчезновение санкристобальской камышнице пока не угрожает.

На юге Марианских о-вов расположен о. Гуам, на котором находится военно-воздушная база США. Этот же остров является родиной эндемичного гуамского пастушка (Rallus owstoni). По величине и внешнему виду он похож на нашего пастушка, но летает очень плохо. Основные местообитания этого вида - смешанные леса и участки кустарниковых зарослей. Гнезда гуамских пастушков можно найти в течение почти всего года, но, по наблюдениям Дж. Дженкинса, птицы предпочитают для гнездования период дождей (июль - ноябрь). В полной кладке 3-4 яйца, которые насиживают самка и самец попеременно около 19 дней. В выводке обычно 2, реже 1 или 3 птенца, которые примерно через 4 мес. уже неотличимы от взрослых. Раньше гуамские пастушки встречались по всему острову, но в настоящее время сохранились преимущественно в северной части - по отрогам плато. Сокращение численности и ареала связано, видимо, с применением инсектицидов на фоне деятельности интродуцированных на остров хищников и свиней. Хотя и наблюдаются естественные циклические изменения популяции гуамского пастушка, за последние 15 лет численность этих птиц настолько сократилась (по данным СИПО, с 80 тыс. до 50 особей), что Служба рыбы и диких животных США объявила этот вид исчезающим и включила в соответствующий список. Это помогло, по крайней мере, воспрепятствовать проекту уничтожения растительности, т. е. местообитаний пастушка, вокруг военной авиабазы.

Только на о. Новая Каледония живет единственный представитель особого семейства или даже отряда - кагу (Rhynochetos jubatus): сидящая на земле птица напоминает большую квакву или выпь, но имеет серо-стального цвета оперение, более темное сверху, и белое с черными полосками на рыжеватых маховых. Ноги и мощный, как у выпи, но более высокий клюв оранжево-красные. Летают кагу очень плохо, но довольно быстро бегают среди низкорослых кустарников и подлеска в густых лесах у рек и в горных долинах. Ведут эти птицы преимущественно ночной образ жизни, обследуя довольно значительную территорию в поисках улиток, насекомых, их личинок и червей, которых клювом извлекают с довольно большой глубины. Гнезда располагают на земле в густом кустарнике. В полной кладке, вероятнее всего, одно крупное, овальное, покрытое пестрина-ми яйцо, хотя в неволе самка может отложить 3-4 яйца. Насиживание длится 35-40 дней, причем днем на гнезде находится самец, а ночью самка. Бурый с желтоватыми пятнами, большой головой и крохотным клювом птенец покидает гнездо через 4 дня, но еще почти 3 недели его кормят родители.

Длительная охота на кагу, рубка леса, пожары, воздействие четвероногих хищников привели к тому, что кагу, распространенные прежде по всему острову, теперь сохранились только в некоторых горных долинах преимущественно южной части острова. Общая численность этих птиц, видимо, более 200 особей, но неуклонно сокращается. Формально добыча кагу в Новой Каледонии запрещена, вид включен в Приложение 1 СИТЕС; но необходимо сохранение его местообитаний, небольшая часть которых находится на территории резервата Ривьера-Блё.

Хотя кагу легко приручается и длительное время живет в неволе, может спариваться и откладывать яйца, но получить потомство от этих птиц в вольерах трудно. Будущее этого уникального представителя авифауны всецело в руках человека, поэтому Генеральная Ассамблея МСОП в 1984 г. назвала кагу в числе 12 видов исчезающих животных, заслуживающих особого внимания ученых и общественности.

Среди куликов на островах Океании большинство составляют регулярные или случайные мигранты из Палеарктики, но для самых восточных архипелагов характерны песочники эндемичного рода Prosobonia. Один из них с рыжей окраской низа и надхвостья - таитянский песочник (P. leucoptera) - встречался на островах Таити и Муреа (о-ва Общества) еще во времена экспедиций Дж. Кука, но вымер уже к середине XIX в. Другой, с коричневатым и белым чешуйчатым рисунком, - туамотский, или чешуйчатый, песочник (P. cancellata) - живет на многих островах архипелага Туамоту, но один раз был добыт значительно севернее - на о. Рождества (о-ва Лайн). Гнездится чешуйчатый песочник преимущественно на необитаемых островах, куда не проникли кошки и крысы, а иногда залетает и на заселенные острова. Пока популяция этого вида находится вне опасности, но судьба его вымершего соседа напоминает о необходимости наблюдений за состоянием популяции.

Табл. 13. 1. Пепельноголовый плодоядный голубь. 2. Маркизский плодоядный голубь. 3. Рапинский плодоядный голубь. 4. Оранжевоусый плодоядный голубь. 5. Крючкоклювый голубь. 6. Таитянский песочник. 7. Туамотский, или чешуйчатый, песочник. 8. Таитянский лори. 9. Пурпурноплечий земляной голубь. 10. Маркизский, или сероголовый, земляной голубь
Табл. 13. 1. Пепельноголовый плодоядный голубь. 2. Маркизский плодоядный голубь. 3. Рапинский плодоядный голубь. 4. Оранжевоусый плодоядный голубь. 5. Крючкоклювый голубь. 6. Таитянский песочник. 7. Туамотский, или чешуйчатый, песочник. 8. Таитянский лори. 9. Пурпурноплечий земляной голубь. 10. Маркизский, или сероголовый, земляной голубь

Табл. 13. 1. Пепельноголовый плодоядный голубь. 2. Маркизский плодоядный голубь. 3. Рапинский плодоядный голубь. 4. Оранжевоусый плодоядный голубь. 5. Крючкоклювый голубь. 6. Таитянский песочник. 7. Туамотский, или чешуйчатый, песочник. 8. Таитянский лори. 9. Пурпурноплечий земляной голубь. 10. Маркизский, или сероголовый, земляной голубь
Табл. 13. 1. Пепельноголовый плодоядный голубь. 2. Маркизский плодоядный голубь. 3. Рапинский плодоядный голубь. 4. Оранжевоусый плодоядный голубь. 5. Крючкоклювый голубь. 6. Таитянский песочник. 7. Туамотский, или чешуйчатый, песочник. 8. Таитянский лори. 9. Пурпурноплечий земляной голубь. 10. Маркизский, или сероголовый, земляной голубь

Голуби, издавна заселившие многие острова Океании, имеют здесь значительное число редких и вымирающих видов. Только на островах Уполу и Савайи (Западное Самоа) живет крючкоклювый голубь (Didunculus strigirostris) - единственный представитель особого подсемейства и, как считают некоторые, последнее связывающее звено между голубями и вымершими дронтами. Величиной крючкоклювый голубь примерно с сизого голубя, но отличается коротким хвостом и большим, заканчивающимся острым крючком изогнутым надклювьем; по краю подклювья - зубцы. Большая часть оперения блестящая, зеленовато-черная или бурая, но спина, кроющие" крыла, поясница и хвост темно-рыжего цвета; ноги, кольцо вокруг глаз и основание желтого клюва красные.

Основные места обитания крючкоклювых голубей - девственные леса по склонам на высоте 300-1300 м над ур. м., где птицы кормятся ягодами и плодами, "откусывая" от них куски, как это делают попугаи. В прошлом, по сообщениям первых мореплавателей, стайки крючкоклювых голубей кормились на земле по горным склонам. Гнездились они также, якобы, на земле, откладывая всего одно яйцо. К середине прошлого века эти птицы почти исчезли на о. Уполу, но позднее, через 20-30 лет, численность их стабилизировалась, а на о. Савайи увеличилась. Полагают, что птицы приспособились к изменившимся условиям обитания и нашли убежище от четвероногих врагов в кронах высоких деревьев. Действительно, гнезда крючкоклювые голуби устраивают теперь в гуще ветвей на высоте 5-10 м от земли.

Какова численность крючкоклювых голубей в наше время, пока неизвестно, но на о. Савайи живут, видимо, несколько сотен этих птиц. Площадь местообитаний их продолжает сокращаться, но, хотя для вывоза этих голубей с островов требуется специальное разрешение (вид включен в Приложение 3 СИТЕС), охота на них в Западном Самоа не запрещена. С десяток крючкоклювых голубей содержатся в зоопарках, но не размножаются.

Как и для кагу, уничтожение девственных лесов в Новой Каледонии и чрезмерная охота привели к сокращению численности двух эндемичных видов голубей: новокаледонского плодоядного голубя (Ducula goliath) и зеленогрудого плодоядного голубя (Drepanoptila holosericea). Огромный, в 1,5 раза крупнее вяхиря, темноокрашенный новокаледонский плодоядный голубь был издавна излюбленным объектом охоты у местных жителей и европейских поселенцев, поэтому его популяция на о. Пен (Куние), вероятнее всего, уже уничтожена. В Новой Каледонии часть его местообитаний была уничтожена при постройке дороги к рудникам, но в отдельных участках горных лесов он еще гнездится. Зеленогрудый плодоядный голубь с широкой черной с белой каймой полосой, отделяющей зеленую грудь от желтовато-оливкового живота, несколько мельче сизого голубя и, кроме Новой Каледонии, еще сохранился в лесах о. Пен. В некоторых местах, по наблюдению В. Цисвилера, он еще довольно обычен, но в целом его численность, видимо, не превышает 1 тыс. особей, а популяция на острове представлена разрозненными поселениями. В отличие от других плодоядных голубей, в кладке которых обычно единственное яйцо, самка зеленогрудого голубя в августе - ноябре в гнездо, устроенное на дереве или в кустарнике, откладывает 2 яйца. Такая "плодовитость" позволяет этому представителю монотипичного рода противостоять интенсивному многолетнему отстрелу. В последние годы охота на зеленогрудого плодоядного голубя формально запрещена, а на более редкого, новокаледонского, ограничена, но помочь в спасении этих видов может сохранение местообитаний, в частности в резервате Кол-д'Амье.

Только на о. Шуазёль (северо-запад Соломоновых о-вов) жил хохлатый голубь Мика, или шуазёльский (Microgoura meeki). Величиной он с вяхиря, но более длинноногий и короткокрылый: этот представитель монотипичного рода сейчас сохранился в виде 6 шкурок в музеях, а в природе, вероятно, вымер еще в начале нашего века. Гнездились эти птицы на земле и были легкой добычей для крыс и кошек. Уже более 30 лет никаких сведений о голубе Мика с о. Шуазёль не поступало. По двум экземплярам в музеях известен и санкристобальский земляной голубь (Gallicolumba salamonis). Птиц этого вида добыли в прошлом веке в лесу на островах Сан-Кристобаль и Рамос, где уже давно обитают завезенные наземные хищники.

На о. Таити (о-ва Общества) и на расположенном северо-восточнее маленьком, всего 28 км2, коралловом о. Макатео обитает редкий пепельноголовый плодоядный голубь (Ducula aurorae). Он несколько крупнее сизого голубя, с изумрудно-зеленого цвета крыльями, спиной и хвостом и светло-пепельной окраской остального оперения. На о. Таити, давно освоенном переселенцами, этот голубь стал редким уже в начале нашего века. После единичных встреч в 1921 г. его даже считали вымершим на Таити, но в 1972 г. Д. Холиоук обнаружил с десяток птиц в долинном лесу р. Папеноо. Теперь эта долина охраняется как природный резерват, но сохранятся ли там голуби, неизвестно. На о. Макатео (Аврора) в те же годы обитали около 500 пепельноголовых голубей, но хозяйственное освоение этого острова в связи с добычей фосфатов угрожает их популяции.

Оранжевоусый плодоядный голубь (Ptilinopus mercierii) с красной шапочкой, желто-оранжевыми "усами" и желтым оперением живота населял два острова в группе Маркизских о-вов. Номинативный подвид на о. Нуку-Хива вымер еще в прошлом столетии, а о другом подвиде, обитавшем на о. Хива-Оа, нет никаких сведений с 1922 г. В 1972 г. Д. Холиоук пытался обнаружить этих птиц, но безуспешно, поэтому оранжевоусого плодоядного голубя следует, видимо, считать вымершим видом.

Крупный, серо-зеленый, с красным подхвостьем маркизский плодоядный голубь (Ducula galeata) живет только в узких лесных долинах западной части о. Нуку-Хива. Среди ветвей на деревьях пара птиц строит гнездо, куда самка откладывает единственное коричневато-палевого цвета яйцо. Д. Холиоук, изучавший птиц Маркизских о-вов в 1972 г., оценивал популяцию этого вида всего в 100 особей. Возможно, их сохранилось больше, но не настолько, чтобы считать вид вне опасности. В первую очередь, количество птиц в природе сократили охотники, затем его местообитаниям начали угрожать домашние животные, особенно козы. Теперь же строительство аэропорта поблизости от мест гнездования маркизского голубя едва ли будет благоприятным для оставшейся популяции. Возможно, эти голуби смогут размножаться в неволе: в вольере на острове пара отложила одно яйцо.

В лесах многих островов архипелага Туамоту и на островах Таити и Муреа в прошлом был довольно широко распространен пурпурноплечий земляной голубь (Gallicolumba erythroptera). С Таити и Муреа об этих птицах нет никаких сведений с 1922 г. Видимо, они исчезли и на некоторых островах Туамоту, однако ареал этого вида (по сравнению с многими другими видами) пока еще охватывает несколько островов, где сохранились леса, но, к сожалению, там много одичавших кошек и крыс.

На о. Рапа, расположенном значительно южнее архипелага Туамоту, гнездится рапанский плодоядный голубь - Ptilinopus huttoni. Он похож на крупную горлицу, серо-зеленый с красноватым оперением передней части головы, живота и подхвостья. Гнездится по лесистым холмам и долинам в глубине острова, имеющего площадь всего около 50 км2. Остров уже давно заселен, и жители его периодически добывают рапанских голубей, хотя формально охота на них запрещена. Большой ущерб популяции наносит изменение местообитаний островитянами, а еще больше козами. Лет 15 назад на острове жили всего около 125 пар рапанских голубей, а сколько их осталось теперь, неизвестно. Не изучена и биология этого исчезающего эндемика.

Маркизский, или сероголовый земляной, голубь (Gallicolumba rubescens) похож на пурпурноплечего голубя с о-вов Общества, но без темных участков оперения на темени и затылке и с большим "зеркалом" на крыльях. Встречается он только на двух маленьких островках севера Маркизского архипелага: на о. Хатуту (18 км2) и о. Фату-Хуку (около 1 км2), а общая численность популяции, видимо, не превышает 250 особей. Стайки голубей можно увидеть на земле под деревьями или среди кустарников. Этот эндемичный вид сохранился здесь только благодаря отсутствию крыс и одичавших домашних животных, заселивших другие острова. Хотя оба островка с 1971 г. считаются охраняемыми, на о. Хатуту стали приезжать на отдых жители с ближайшего о. Эиао, что чревато случайным завозом хищников или чуждых видов растений.

Законом охота на всех птиц во Французской Полинезии запрещена с 1967 г., но изменение местообитаний и проникновение хищников угрожают как голубям, так и другим эндемичным птицам. Возможность разведения в неволе и последующая интродукция на острова, очищенные от крыс и одичавших домашних животных, может оказаться единственным методом спасения этих исчезающих видов. В питомнике в Калифорнии сероголовые земляные голуби начали размножаться в 20-х годах. Они строили типичное для большинства голубей гнездо, в которое самка откладывала 2 белых яйца и насиживала их 13-15 дней.

Севернее экватора, на Каролинских и Маршалловых островах, живет микронезийский плодоядный голубь (Ducula oceanica). Величиной он с сизого голубя, с зеленой окраской спины, крыльев и хвоста и серой - остальных частей тела, но каштанового цвета оперением на животе и подхвостье. Один из 5 подвидов этого голубя - D. о. teraokai - гнездится на о-вах Трук, а в прошлом веке, возможно, его наблюдали на атоллах Лукунор и Нукуоро, расположенных в нескольких сотнях километров юго-восточнее этих островов. Современный его ареал - густые леса по горным склонам - занимает площадь менее 100 км2. Из-за интенсивной охоты в 40-х годах трукский подвид микронезийского голубя стал очень редким. В 1957-1960 гг. небольшое количество этих голубей еще встречали на некоторых островках, и есть надежда, что они там существуют и поныне.

На Каролинских о-вах палауский земляной голубь (Gallicolumba canifrons), вероятнее всего, находится под угрозой исчезновения. Этот, с мелкую горлицу величиной, голубь имеет сизую, разных оттенков окраску передней и нижней части тела с розоватым налетом на груди и каштановым на шее; верхняя сторона бронзово-оливковая с рыжеватыми пестринами. Лет 30 назад палауский земляной голубь еще встречался в густых зарослях по каменистым гребням и в лесах на 6 островах из группы Палау. Птиц видели кормящимися на земле или перелетающими на короткие расстояния, но гнезд не находили. Сколько сейчас осталось этих голубей, неизвестно, но Р. Бейкер в 1945 г. на четырех островах обнаружил менее 40 птиц.

Хотя охота на палауского голубя запрещена, будущее этого эндемичного вида внушает серьезное опасение.

По крайней мере, 3 вида попугаев в Океании вымерло, а на пути к исчезновению находится подвид хохлатого, или рогатого, попугая (Eunymphicus cornutus uvaeensis) с расположенного близ Новой Каледонии о. Увеа. Номинативный подвид хохлатого попугая живет в лесах из каури в некоторых районах Новой Каледонии, местами еще довольно обычен. По ряду признаков хохлатый попугай близок к попугаям-какарики (некоторые систематики даже включают его в род Cyanoramphus), но отличается тем, что имеет 2-6 удлиненных и загибающихся вперед перьев на голове, напоминающих рожки. Более 30 см длиной, половина которой приходится на хвост, зеленого цвета, с красным пятном на лбу и хохлом из 6 перьев этот островной подвид в 1939 г. был не редок - на о. Увеа жили около 1 тыс. особей. В 1968 г. на острове осталось всего 60-80 пар хохлатых попугаев - почти все на севере атолла в лесу "Гранд-Форе". По мнению В. Цисвилера, сокращение популяции обусловлено уничтожением старых лесов, в частности из каури, в дуплах которых эти птицы гнездятся, заменой лесов плантациями кокосовых пальм, а также отловом птиц островитянами. Плотность населения на о. Увеа составляет сейчас более 20 чел. на 1 км2 и, очевидно, будет увеличиваться. Поэтому все меньше будет оставаться участков девственного леса, способных обеспечить существование минимальной популяции здешних хохлатых попугаев. Попытки переселить партию этих попугаев на более крупный о. Лефу, предпринятые в 1925 и 1963 гг., закончились неудачей. Если не удастся добиться разведения этих птиц в неволе, то они могут исчезнуть.

Из 5 видов эндемичного для юга Океании попугаев рода Vini таитянский лори (V. peruviana) исчез во многих районах своего прежнего обитания на островах Туамоту и Общества. Таитянский лори менее 20 см длиной, черный с синим и фиолетовым отливом попугайчик, с белым оперением на горле и щеках. Описан он был по экземплярам, привезенным в XVIII-XIX вв. главным образом с Таити, под восемью разными названиями, но в начале нашего века на островах Муреа и Таити этот вид вымер. Несколько позднее он исчез на многих других островах Общества. В настоящее время на атоллах Беллинсгаузена и Сили живут около 700 пар таитянских лори, а на атолле Рангироа (архипелаг Туамоту) - до 200 пар. По-видимому, этот попугайчик продолжает еще гнездиться в кокосовых рощах и остатках первичных лесов на некоторых других островах архипелага Туамоту, но более обычен он на о. Аитутаки (о-ва Кука), куда, вероятнее всего, был завезен еще полинезийцами.

Быстрое исчезновение таитянских лори на островах Бора-Бора, Муреа и Таити связано, скорее всего, с интродукцией на них болотного луня, а на о. Ниау (Туамоту), возможно, с завозом комаров - переносчиков птичьей малярии, к которой у местных птиц нет иммунитета. Комары с о. Фиджи сначала проникли с самолетами в 1958 г. на о-ва Общества, а позднее и на Туамоту. Таитянский лори довольно успешно размножается в неволе, но в настоящее время отлов этих птиц на островах Туамоту и Общества запрещен.

Ультрамариновый лори (V. ultramarina) окрашен ярко: на голубом фоне верхней части выделяется ультрамариновая шапочка, такого же цвета широкая полоса на груди. Эти попугайчики живут в девственных лесах по склонам гор и в долинах на островах Нуку-Хива и Уа-Пу (Маркизские о-ва), где коренные их местообитания серьезно пострадали от интродуцированных животных. Общая численность ультрамариновых лори на этих островах, по оценке Дж. Ти-болта, составляет, видимо, менее 400 пар; большинство птиц живут на о. Уа-Пу. Кроме того, в начале нашего века этих попугаев завезли на о. Уа-Хука, где сейчас их около 200 пар. Ультрамариновые лори с 1936 г. находятся на островах под охраной закона, но главное-сохранить их места обитания. Удачная акклиматизация попугайчиков на о. Уа-Хука позволяет надеяться на возможность интродукции их на другие острова, где имеются подходящие условия.

На некоторых островах из группы Палау (Каролинские о-ва) живет маленькая, величиной с домового сыча, рыжевато-коричневая с белыми пятнами и полосами палауская совка (Otus podarginus). Эту эндемичную птицу иногда относят к монотипичному роду и называют Pyrroglaux podargina. В начале 30-х годов палауская совка была обычной на о. Корор, где еще в 1945 г., по мнению Р. Бейкера, обитали 130 птиц. В настоящее время этот вид, видимо, гнездится еще на островах Бабелтап и Ангаур. Палауских совок встречали иногда у поселков, но живут они в лесу и гнездятся в дуплах деревьев в феврале - марте. Биология этого скрытного вида не изучена. По старым данным, в кладке у них всего одно яйцо, хотя, вероятнее всего, должно быть 2-3 яйца. Серьезные изменения местообитаний, которые произошли на о-вах Палау, несомненно, сказались на распределении численности этого эндемичного вида, включенного в настоящее время на островах в список охраняемых птиц.

Из большого семейства зимородковых, представители которых встречаются во всех частях света, следует упомянуть ошейникового зимородка с о-вов Гамбье (юг архипелага Туамоту). В коллекциях имеется экземпляр зимородка (Halcyon gambieri), добытого в первой половине прошлого века на о. Мангарева. Вероятнее всего, эндемичный мангареванский ошейниковый зимородок вымер еще в XIX в. С 1922 г., когда проводились исследования фауны южных островов Туамоту, никто этого крупного, с голубой мантией зимородка больше не видел, однако на о. Ниау обнаружили похожего на него ошейникового зимородка, которого Р. Мурфи описал под названием Halcyon gertrudae. На о. Ниау этот зимородок довольно обычен (его можно увидеть сидящим на кокосовой пальме даже близ поселка), а на о. Мангарева он исчез. В последние годы некоторые специалисты считают мангареванского и ниауского зимородков подвидами одного вида, но так как номинативный (мангареванский) подвид вымер, правильнее рассматривать оставшийся на о. Ниау подвид как отдельный эндемичный вид.

Родиной коричневошапочного ошейникового зимородка (Н. cinnamomina) являются, вероятнее всего, острова в западной части Тихого океана. В настоящее время два подвида коричневошапочного зимородка сохранились на островах Палау и Понапе (Каролинские о-ва), а третий, номинативный (Н. с. cinnamomina), еще в 1821 г. послуживший типом для описания вида и встречающийся на о. Гуам (Марианские о-ва), в настоящее время находится под угрозой исчезновения. Этот довольно крупный, более 20 см длиной, зимородок, имеет коричневый верх головы, нижняя сторона тела у самца оранжево-коричневая, а у самки такого цвета только горло, а остальной низ белый; спина, крылья и хвост темного зеленовато-синего цвета. Живут эти птицы в лесу и по опушкам. До второй мировой войны гуамскому подвиду коричнево-шапочного ошейникового зимородка ничего не угрожало, но последующее интенсивное освоение острова и уничтожение естественных местообитаний отразились как на его популяции, так и на популяциях некоторых других гуамских птиц. Численность зимородка стала быстро сокращаться, и через 30 лет на острове остались не более 150 пар. Возможно, что вымерший к середине XIX в. на о-вах Рюкю Н. miyakoensis также был подвидом коричневошапочного ошейникового зимородка.

На многих островах Океании среди воробьиных птиц в процессе эволюции и в результате длительной изоляции сформировалось значительное число подвидов и даже видов, свойственных почти каждому крупному острову и даже удаленному островку архипелагов. Примерно 7 таких эндемичных видов и 9 подвидов вымерли в XIX в. и первой половине нашего века. Состояние популяций многих других воробьиных птиц в настоящее время неясно, так как орнитологические обследования большинства островов проводятся крайне нерегулярно. О вероятном исчезновении того или иного подвида или вида воробьиных мы узнаем лишь после посещения острова каким-либо специалистом или очередной экспедицией. Примером может служить длинноклювая камышовка, населяющая острова Общества и Маркизские. В настоящее время длинноклювых камышовок с каждого архипелага предпочитают рассматривать в качестве отдельных видов: соответственно таитянскую - Acrocephalus caffrа, а маркизскую - A. mendanae.

В отличие от довольно многочисленного на о. Таити номинативного подвида таитянской длинноклювой камышовки другой ее подвид (A. caffга longirostris) на о. Муреа находится под угрозой исчезновения. Девственные горные леса, где живет эта величиной с дрозда, невзрачная, серовато-оливковая сверху и палевого цвета снизу камышовка, еще сохранились, но птиц осталось слишком мало для нормального существования популяции, и держатся они лишь на отдельных участках. Д. Холиоук в 1972 г. видел только двух камышовок, а Дж. Тиболт в 1973 г. - 2 пары. Вполне возможно, что причиной вымирания этого подвида стала птичья малярия, которую с комарами завезли на о. Муреа. Еще два подвида таитянской длинноклювой камышовки, гнездившиеся севернее о. Муреа, на о. Хуахине (А. с. garretti) и на о. Раиатеа (А. с. musae), вероятнее всего, уже вымерли.

Почти на каждом из островов Маркизского архипелага живет отдельный подвид маркизской длинноклювой камышовки. О. Эиао оказался районом, на котором Франция запланировала провести испытания ядерного оружия. Это не могло не отразиться на состоянии фауны. Местный подвид камышовки (A. mendanae aquilonis), сохранившийся после многих лет выпаса овец и свиней, уничтоживших большую часть естественных местообитаний, оказался на грани вымирания. В 1971 г. о. Эиао был объявлен охраняемой территорией, удалось остановить и деятельность французских военных специалистов, однако овцы и свиньи продолжают уничтожать остатки древесной и кустарниковой растительности.

На маленьком, всего 18 км2, о. Хатуту, расположенном в 3 км от о. Эиао, живет другой подвид маркизской длинноклювой камышовки - A. m. postremus. Ее местообитания на островке, по мнению Д. Холиоука, оказались нарушенными не только в результате опытов с ядерным оружием, но и из-за акклиматизации чуждых растений, а также проникновения животных с о. Эиао. В 1971 г. о. Хатуту был объявлен охраняемым, но общая численность камышовки здесь в 1975 г. не превышала 50 пар.

Из эндемичных птиц Фиджи более 70 лет не было никаких сведений о славке-трихоцихле (Trichocichla rufa). В 1890-1894 гг. в густых кустарниковых зарослях во влажном горном лесу на о. Вити-Леву были добыты 4 этих птицы. Величиной и обликом трихоцихла похожа на дроздовидную камышовку: большей частью рыжего и коричневого цвета, лишь длинная бровь, горло и часть груди беловатые. Предполагали, что этот вид вымер, так как даже тщательные поиски его в 1928 г. оказались безрезультатными. Расплодившиеся на острове мангусты, крысы и кошки вполне могли стать причиной ее исчезновения. Однако в 1967 г. у гребня горы на о. Вити-Леву видели птицу, похожую на трихоцихлу, а в 1973 г. там же встретили еще двух таких же птиц. На следующий год одна особь трихоцихлы была добыта в дождевых лесах на склонах гор почти в центре второго крупного острова Фиджи - Вануа-Леву (поблизости видели еще одну птицу). Трихоцихлы с о. Вануа-Леву отличаются от птиц с о. Вити-Леву ярко-белой надбровной полоской и большим развитием белого на груди, поэтому Ф. Кински выделил их в подвид T. r. cluniei. Никаких специальных мер для сохранения трихоцихлы - единственного представителя эндемичного монотипичного рода на Фиджи пока не разработано и не принято.

Из многочисленных представителей мухоловковых на восточных архипелагах юга Океании живут 5 видов эндемичного рода мухоловок-помарея, большинство из которых редкие или исчезающие. Самцы этих птиц окрашены преимущественно в черный цвет с синим, фиолетовым или пурпурным отливом, а самки имеют рыжеватое оперение. Таитянская мухоловка-помарея (Pomarea nigra) в настоящее время, видимо, сохранилась лишь в некоторых местах в горных лесах центральной части о. Таити. Здесь этих птиц встречали в заросших папоротниками и кустарниками каньонах. В 1920-1921 гг. около 20 экземпляров таитянских мухоловок-помарей были добыты для коллекций; в 1937 г. видели лишь две особи. Хотя в 1972 г. после тщательных поисков встретили всего одну птицу, предполагают, что с десяток их еще живут на о. Таити. Причины сокращения численности популяции этого вида не установлены, но он был редким еще в прошлом веке. В конце XVIII в. эту же мухоловку нашли на о. Маиао, расположенном западнее о. Таити, но теперь она здесь, несомненно, вымерла. В настоящее время добыча и отлов помареи на о. Таити запрещены законом, но до сих пор нет никаких сведений об ее биологии. В начале XIX в. один экземпляр мухоловки-помареи был привезен с самого западного из островов Общества - с о. Маупити. Теперь его считают отдельным подвидом таитянской помареи - Р. n. pomarea, но, вероятнее всего, он вымер еще в прошлом веке.

Табл. 14. 1. Раротонгская мухоловка-помарея. 2. Славка-трихоцихла. 3. Пятнистобрюхая мухоловка-помарея. 4. Маркизская мухоловка-помарея. 5. Попугайчиковая амадина Клейншмидта. 6. Таитянская мухоловка-помарея
Табл. 14. 1. Раротонгская мухоловка-помарея. 2. Славка-трихоцихла. 3. Пятнистобрюхая мухоловка-помарея. 4. Маркизская мухоловка-помарея. 5. Попугайчиковая амадина Клейншмидта. 6. Таитянская мухоловка-помарея

Табл. 14. 1. Раротонгская мухоловка-помарея. 2. Славка-трихоцихла. 3. Пятнистобрюхая мухоловка-помарея. 4. Маркизская мухоловка-помарея. 5. Попугайчиковая амадина Клейншмидта. 6. Таитянская мухоловка-помарея
Табл. 14. 1. Раротонгская мухоловка-помарея. 2. Славка-трихоцихла. 3. Пятнистобрюхая мухоловка-помарея. 4. Маркизская мухоловка-помарея. 5. Попугайчиковая амадина Клейншмидта. 6. Таитянская мухоловка-помарея

Некоторые специалисты считают, что существовал еще один подвид таитянской мухоловки-помареи на о. Тонгатапу (о-ва Тонга). Эту птицу видел и довольно подробно описал Дж. Форстер - один из спутников Дж. Кука в его второй экспедиции. Позднее птицу с о. Тонгатапу назвали "черной мухоловкой" (Muscicapa atra), а в 1929 г. Г. Мэтьюз, руководствуясь только этим старым описанием, решил, что это был подвид таитянской помареи и назвал ее P. n. tabuensis. В музеях мира нет ни шкурки, ни остатков скелета, ни даже оригинальных рисунков "черной мухоловки". На о. Тонгатапу и на других островах Тонга ее никто больше не видел, поэтому решили, что она вымерла. Однако удаленность о. Тонгатапу от современного ареала мухоловок этого рода позволяет предполагать, что птица с этого острова едва ли имела отношение к таитянской мухоловке-помарее. Не исключено, что она была ныне вымершим отдельным видом рода помарей, распространенного в прошлом более широко на островах юга Океании.

Три вида мухоловок-помарей населяют Маркизские о-ва. Из них маркизская помарея (P. mendozae) живет на четырех островах, на каждом из которых имеется свой подвид. Самка маркизской помареи хорошо отличается от самок других видов помареи черной головой, а самец похож на самца таитянской помареи. В наиболее плачевном состоянии находится популяция на о. Нуку-Хива. Здешний подвид маркизской помареи (P. m. nukuhivae) уже в 1922 г., во время работ экспедиции Американского музея естественной истории, был редким и встречался лишь в немногих лесных массивах острова. В 70-х годах сохранились, вероятно, лишь отдельные пары. Номинативный подвид маркизской помареи (P. m. mendozae) живет на о. Хива-Оа, хотя до середины нашего века птицы этого подвида гнездились и на расположенном неподалеку о. Тахуата. В начале 20-х годов эта помарея была местами довольно обычной, но уже через 10-20 лет численность ее популяции на о. Хива-Оа заметно сократилась. Сейчас в некоторых долинах острова живут, видимо, с десяток пар этого вымирающего подвида. В лесах на о. Уа-Пу обитает местный подвид маркизской помареи (P. m. mira), общая численность которой в настоящее время около 100-200 пар. Следует отметить, что численность четвертого подвида маркизской помареи (P. m. montanensis), населяющего о. Мотани, также едва ли превышает 350 пар, но в отличие от других подвидов заметного сокращения популяции пока не отмечено. Причиной бедственного положения маркизских мухоловок-помарей на островах Хива-Оа, Нуку-Хива и Уа-Пу стали, вероятнее всего, уничтожение растительности домашними животными, в частности козами, и соответствующие изменения местообитаний. Например, на о. Уа-Пу после появления на нем стад домашних животных осталось лишь 15% прежней площади естественных лесных местообитаний, пригодных для жизни мухоловок-помарей.

На двух северных островах Уа-Хука и Эиао (из группы Маркизских) живет пятнистобрюхая мухоловка-помарея (P. iphis), самцы которой имеют белый живот с крупными черными пятнами. Номинативный подвид этой помареи, населяющий о. Уа-Хука, пока еще довольно обычен (900-1000 пар в 70-х годах), но о подвиде с о. Эиао (P. i. fluxa) вот уже более 60 лет нет никаких сведений. В 1922 г., когда на о. Эиао были добыты первые особи пятнистобрюхой помареи, ее нередко видели в сохранившихся участках леса, которые позднее были почти уничтожены стадами овец и свиней; французскими специалистами о. Эиао был избран и в качестве полигона для испытания ядерного оружия. Хотя с 1971 г. остров формально объявлен охраняемым, местная пятнистобрюхая помарея оказалась более уязвима, чем здешний подвид длинноклювой камышовки, и, вероятнее всего, вымерла.

Самая западная из мухоловок-помарей живет на о. Раротонга (о-ва Кука). Самец раротонгской помареи (P. dimidiata) серовато-черный сверху и белый с редким крапом снизу, а самка похожа на самку таитянской помареи, но с рыжей, а не темной поясницей. Раротонгские помареи населяют леса по склонам холмов, площадь которых существенно сократилась в результате работ по расчистке территории. Эти птицы были редкими еще в конце прошлого века, а 10 лет назад Д. Холиоук оценивал всю их популяцию всего в 50-100 особей. Биология этих птиц не изучена, в питомниках их нет, и, если не удастся сохранить территорию местообитаний, достаточную для существования устойчивой популяции, этот вид может оказаться в списке вымерших.

Ареал трукской мухоловки-монарха (Metabolus rugensis) ограничен несколькими мелкими островками в группе о-вов Трук Каролинского архипелага. Единственный представитель монотипичного рода, величиной со скворца, трукская мухоловка отличается разнообразием цветовых морф: встречаются белесые особи, но с рыжевато-коричневым верхом, с черным или без черного оперения на лицевой части и горле, целиком белые или темно-серые. В прошлом трукская мухоловка-монарх населяла девственные леса в верхней части вулканических возвышенностей, но позднее стала встречаться в рощах кокосовых пальм и хлебных деревьев. Хотя птица эта весьма заметная и голосистая, видели ее очень редко: в середине 70-х годов этот вид был зарегистрирован всего несколько раз. С одной стороны, это объясняется серьезным ущербом, причиненным в период второй мировой войны ее местообитаниям и популяции, а с другой - низкой плодовитостью: по данным Дж. Брандта, в кладке трукской мухоловки-монарха единственное яйцо.

В группе Марианских о-вов только на о. Тиниан живет очень редкая тинианская мухоловка-монарх (Monarcha takatsukasae). Эта птица величиной с воробья, рыжевато-коричневая с белым оперением живота и поясницы и двумя светлыми полосками на крыльях стала известна специалистам лишь в 1931 г. Живут тинианские мухоловки в редколесье с зарослями кустарников и здесь же гнездятся, откладывая 2-3 яйца. В 1945 г. Д. Глейце оценил всю их популяцию на острове в 40-50 особей, хотя в действительности птиц, возможно, больше. Никаких данных о сокращении численности тинианских мухоловок пока нет, но ограниченность ареала, малое количество самих птиц и отсутствие действенных мер охраны позволяют считать этот эндемичный и, видимо, реликтовый вид находящимся на грани исчезновения.

В несколько лучшем положении находится палауская веерохвостка (Rhipidura lepida), населяющая в Каролинском архипелаге 4-5 островов из группы Палау. До сих пор нет никаких сведений о биологии этого вида и состоянии его популяции. Вероятнее всего, палауская веерохвостка, подобно многим другим видам веерохвосток, гнездится в кустарниках или на деревьях, но естественные места обитания на о-вах Палау серьезно пострадали, и пока нет надежд на их быстрое восстановление. Каролинские острова находятся под опекой США, поэтому палауская веерохвостка внесена в федеральный регистр США как исчезающий вид, однако мер по его охране пока не принято.

Каролинские о-ва являются также родиной эндемичного рода больших белоглазок, или рукий (Rukia), включающего всего 4 вида. Величиной с воробья, рукии имеют невзрачную коричневато-оливковую окраску, более светлую снизу; в отличие от большинства видов семейства белоглазковых лишь у темноухой рукии есть яркое белое кольцо вокруг глаза. Живут эти птицы в первичных, а иногда и во вторичных лесах с хорошо развитым подлеском и зарослями кустарников, но биология их практически не изучена.

Самая западная из рукий - палауская рукия (Rukia palauensis) - сохранилась на островах Бабелтуап и Пелелиу (в группе Палау), хотя в прошлом этот вид, несомненно, был распространен значительно шире. Хотя он и редкий, опасность исчезновения ему, как и обитающему на о. Яп другому, довольно редкому виду - темноухой рукии (R. oleaginea), - пока не угрожает. Восточнее, на одном из островов группы Трук живет реликтовая популяция трукской рукии (R. ruki). Из десятков островов, среди которых имеются довольно высокие, с участками лесной растительности на вершинах, эту белоглазку со второй половины прошлого века встречали только на самом большом (площадью 34 км2) и возвышенном о. Тол. На его вершине имеется участок девственного леса, который служит последним убежищем исчезающей трукской рукии. В 1975 г. здесь видели трех птиц, но сохранился ли этот вид сейчас, неизвестно. Добыча и отлов трукских рукий запрещены; никаких попыток разведения этих птиц в неволе или переселения на другие острова не предпринималось.

На крупном о. Понапе (334 км2) в 1931 г. была найдена еще одна эндемичная большая белоглазка - понапенская рукия (R. longirostra, синоним - R. sanfordi). В отличие от других рукий у этого вида загнутый тонкий и длинный клюв, похожий на клюв нектарниц или медососов, поэтому понапенскую рукию некоторые специалисты склонны выделять в отдельный монотипический род. Живут эти птицы в лесах гор и предгорий внутренней части острова, кормятся среди цветов на деревьях; другие особенности биологии не изучены. Численность птиц тоже не известна, хотя ясно, что этот вид, несомненно, редкий.

Формально добыча рукий на о. Понапе запрещена.

В качестве редкого вида в Красную книгу занесена попугайчиковая амадина Клейншмидта (Erythrura kleinschmidti) - эндемичный представитель вьюрковых ткачиков, сохранившийся на Фиджи (о. Вити-Леву). Это маленькая, величиной с чижа, зеленая птица с коротким коричневым хвостом, красным надхвостьем, черным "лицом" и толстым розовато-желтым клювом. Живут амадины Клейншмидта в дождевых тропических лесах в ряде горных районов острова. В поисках плодов и насекомых птицы держатся в кронах деревьев, предпочитая фикусы, но иногда спускаются на землю, встречаются группами по 4-10 особей или в стайках других птиц. Шаровидное, с боковым входом гнездо амадин было найдено в мае в развилке ветвей. Никаких признаков сокращения их популяции нет, просто птиц этих редко встречали специалисты, что и стало причиной внесения этого вида в число редких.

В. Цисвилер, исследовавший современное состояние этих птиц на о. Вити-Леву, считает, что в природе живут не менее 400 особей.

На Зондских островах, в Новой Гвинее и на островах Океании живут 22 вида скворцов, которых относят к роду Aplonis. Несколько островных подвидов и 2 вида скворцов-аплонисов вымерли еще до начала нашего века. Так в коллекциях, привезенных экспедицией Дж. Кука, был обнаружен экземпляр небольшого, коричневого цвета скворца, которого У. Буллер описал под названием Aplonis mavornata. В природе буллерова скворца больше никто не находил. На этикетке не было указано название острова, где был добыт этот давно вымерший вид, но полагают, что его родиной был о. Раиатеа (о-ва Общества). По многим признакам он был близок к широко распространенному ныне на юге Океании полинезийскому скворцу - A. tabuensis.

На о. Кусаие, расположенном на восточной окраине Каролинских о-вов, к середине прошлого века вымер (а может быть, был уничтожен крысами) крупный, с черного дрозда величиной, с таким же черным оперением, но черным клювом кусаиенский скворец - A. corvina. Несколько западнее, на о. Понапе, в горных лесах сохранился понапенский скворец (A. pelzelni), похожий на нашего скворца, но коричневато-шиферной окраски и с более тонким клювом. Раньше эти скворцы жили и в лесах низменных частей острова, однако уже в 30-х годах их встречали только в горах. Причины сокращения численности и ареала понапенского скворца до сих пор неясны: определенную роль, возможно, сыграли крысы, конкуренция из-за дупел и гнездовых участков обычного на острове и более агрессивного местного подвида микронезийского скворца, а также коллекционеры-любители. Специалисты, посещавшие остров в 70-е годы, видели единичных понапенских скворцов. Этот вид в Списке США отнесен к находящимся под угрозой исчезновения. В 1983 г., несмотря на тщательные поиски, понапенского скворца на острове найти не удалось.

На Новых Гебридах (Вануату) только на о. Эспириту-Санто живет еще один редкий вид скворцов-аплонисов - эспиритусантский горный скворец (Aplonis santovestris). Размером он с обыкновенного скворца, но коричневой и рыжеватой окраски, с более темной шапочкой, крыльями и хвостом. За последние годы видели всего несколько пар этих редких птиц, обитающих на высоте около 1100 м над ур. м. Гнездится горный скворец в дуплах деревьев невысоко от земли, в кладке всего 2 белых яйца. Столь низкий по сравнению с другими скворцами уровень воспроизводства, доступность гнезд для наземных хищников и незначительная площадь местообитаний, возможно, объясняют редкость этого эндемичного вида.

Формально горный скворец наряду с другими местными видами птиц находится под охраной.

В число редких птиц после второй мировой войны попала гуамская ворона (Corvus kubaryi). Эта глянцевато-черная птица, близкая к североамериканской ширококрылой вороне, лет 40 назад была обычной в лесах и на плантациях кокосовых пальм на островах Гуам и Рота (из группы Марианских). Хотя площадь лесов на обоих островах существенно сократилась, осталось еще достаточно мест, подходящих для гнездования этих птиц, в том числе и на охраняемых территориях. Однако численность гуамских ворон сократилась настолько, что к середине 70-х годов осталось менее 100 особей этого вида, большинство из которых обитают на о. Гуам. В настоящее время гуамские вороны находятся под охраной, и есть надежда, что со временем этот эндемичный вид будет вне опасности. Учеты в 1981 г. показали, что популяция гуамских ворон уже превысила 300 особей.

* * *

На Гавайских о-вах в прошлом было очень много эндемичных видов птиц, многие из которых, к сожалению, вымерли еще в доисторические времена, а другие - после колонизации островов европейцами. Многие среднего и крупного размера птицы на островах Гавайского архипелага утратили способность летать, что стало одной из причин их исчезновения после заселения островов полинезийцами и завоза свиней. Позднее, с конца XVIII в., с новой волной поселенцев на островах появились черная и серая крысы, кошки, собаки, козы и кролики, мангусты, интродуцированные виды птиц и свойственные им болезни, а также началось интенсивное сведение лесов. В конце XIX - начале XX в. 58% эндемичных лесных птиц на основных Гавайских о-вах либо вымерли, либо резко сократились в численности. По данным И. Аткинсона, оскудение авифауны на отдельных островах происходило в следующем порядке: о. Оаху (1873-1887 гг.), о. Гавайи (1892-1900), о. Молокан (1893-1907), о. Мауи (1894-1901), о. Кауаи (после 1900) и о. Ланаи (1926-1932). Этот процесс продолжается и сейчас. В то же время увеличивается численность интродуцированных птиц. Более 40 их видов образовали стабильные популяции и почти столько же эндемичных видов стали редкими или оказались на грани исчезновения. В настоящее время все редкие виды птиц Гавайских о-вов находятся под охраной закона. Многие из них включены в Красную книгу США и в Приложения СИТЕС.

В результате уничтожения растительности завезенными кроликами и другими животными чуть было не вымерла лайсанская кряква (Anas platyrhynchos laysanensis). Многие специалисты считают ее самостоятельным видом A. laysanensis. Самец и самка лайсанской кряквы имеют почти одинаковую окраску и похожи на самку обыкновенной кряквы, но значительно мельче размерами. Гнезда птицы устраивают в густых зарослях травы по берегам лагун. В полной кладке 3-5 яиц, которые самка насиживает 28 дней. Ареал этих крякв ограничен о. Лайсан (4 км2), хотя в первой половине прошлого века, они встречались и на о. Лисянского. В 1903 г. на о. Лайсан завезли кроликов, которые быстро размножались и истребили почти всю растительность. Этому предшествовали охота на уток и деятельность свиней, а в результате в 1923 г. на острове остались всего 7-12 лайсанских крякв. После 1923 г. кролики вымерли и началось восстановление растительности, но популяция крякв еще долго оставалась на критически низком уровне. В 1957 г. были учтены более 400 птиц, в 1958 г. - 594, а в сентябре 1961 г. - 688. Однако позднее обнаружили, что численность лайсанских крякв по непонятным пока причинам может резко изменяться: в 1970 г. на острове нашли всего 75 уток, в 1972 г. их число увеличилось до 175, но на следующий год опять сократилось до 40 особей. В 1979-1980 гг. популяция лайсанских крякв насчитывала 510 особей, а в конце 1984 г. видели всего 60 уток. По-видимому, маленькие размеры острова в сочетании с неблагоприятными в отдельные годы климатическими факторами не могут обеспечить стабильность сколько-нибудь значительной популяции этих уток. Хотя о. Лайсан объявлен резерватом для сохранения этого эндемичного вида, необходимо птиц интродуцировать на другие подходящие острова. В настоящее время более 150 лайсанских крякв содержатся и неплохо размножаются в различных зоопарках.

История исчезновения и спасения гавайской казарки, или нене (Branta sandvicensis), уже давно стала хрестоматийным примером борьбы за сохранение вымирающего вида. Численность гавайских казарок, гнездившихся в долинах и по склонам вулканов на островах Гавайи и Мауи, начала сокращаться еще в первой половине прошлого века. Из 25 тыс. особей, которые, как полагают, к концу XVIII в. населяли эти острова, в 40-х годах нашего столетия они сохранились (менее 50 птиц) только на о. Гавайи. Эндемичный вид казарки оказался на грани исчезновения. Начались работы по его спасению: наряду с тщательными исследованиями биологии оставшихся в природе птиц на о. Гавайи была создана станция по разведению казарок в неволе. Размножением их занялись и в других питомниках и зоопарках, тем более что потомство от этих птиц успешно получали в европейских зоопарках еще с середины прошлого века. Выращенных в неволе птиц предполагали выпустить на охраняемые территории, главным образом в национальные парки Волканос (о. Гавайи) и Халеакала (о. Мауи) и в специально созданные заказники. К концу 70-х годов общее число гавайских казарок достигло около 2 тыс. особей, но большинство из них содержались в зоопарках и питомниках. В течение 10 лет более 1 тыс. казарок были выпущены на о. Гавайи и около 400-на о. Мауи, но результаты реакклиматизации пока малоутешительны. И дело даже не в хищничестве крыс и мангуст, а в низкой плодовитости выпущенных в природу птиц, которая зависит от многих факторов. По наблюдениям К. Стоуна, в 1982 г. из 31 яйца, которые были отложены в 11 гнезд, вылупились 19 птенцов, из которых на крыло поднялись только 5. Некоторые казарки образуют пары, держатся на определенном участке, но даже не делают попыток загнездиться. Для поддержания на островах популяции гавайских казарок требуются все новые и новые завозы птиц, выращенных в неволе.

Наибольший интерес представляют воробьиные птицы Гавайских о-вов. По расчетам М. Скотта, из 57 эндемичных видов и подвидов птиц этого отряда 19 вымерли за последние 100 лет, а 23 находятся сейчас под угрозой исчезновения.

Гавайская ворона (Corvus tropicus, но правильнее ее называть Corvus hawaiiensis) со времени открытия Гавайских о-вов европейцами встречалась только на о. Гавайи, но была здесь обычной, повсеместно распространенной птицей до начала нашего столетия. Значительное сокращение численности гавайских ворон произошло в 30-е годы. В 1969-1976 гг. оставалось всего около 50 особей. По-видимому, причиной этому были не только отстрел ворон, уничтожение местообитаний фермерами и пожарами, но и гибель птиц от завезенных на остров болезней. В настоящее время имеется 3-4 разрозненных поселения гавайских ворон, приуроченных к осветленным высокоствольным лесам по склонам гор. Гнезда птицы устраивают на деревьях в 6-11 м от земли, и, хотя в полной кладке до 4 яиц, успешность размножения очень низкая: в последние годы на 10 гнезд приходилось 5-9 птенцов, а поднимались на крыло немногие. В 1978 г., по данным Г. Сокаи и К. Ральфа, на острове было 100-175 особей, а в 1986 г. популяция состояла примерно из 80 птиц. Попытка разводить этих птиц в неволе окончилась неудачей.

Эндемичный род гавайских дроздов представлен всего двумя видами, из которых пальмеров дрозд (Phaeornis palmeri) живет только на о. Кауаи. Эту птицу величиной с воробья, оливково-коричневую сверху и беловатую снизу, иногда встречали во влажных, заболоченных лесах на возвышенной части острова. В 1960 г. во время тщательного обследования о. Кауаи видели всего 15 пальмеровых дроздов. Лишь 12 мая 1981 г. супруги Кеплер из Патаксентского исследовательского центра впервые нашли гнездо этого вида. Чашеобразной формы, оно было построено в 1,3 м над землей в углублении обильно заросшего обрывистого берега ручья; в гнезде были 2 птенца. Уничтожение естественных местообитаний и деятельность интродуцированных животных, несомненно, угрожает существованию этого редкого эндемика.

Второй, более крупный вид этого рода - гавайский дрозд (Ph. obscurus) населял острова Гавайи (номинативный подвид), Ланаи (Ph. о. lanaiensis), Молокан (Ph. о. rutha), Оаху (Ph. о. oahensis) и Кауаи (Ph. о. myadestina). Живут эти птицы в лесах по склонам гор. Гнезда устраивают преимущественно в нишах стволов, откладывая 1-2 яйца. На о. Оаху гавайский дрозд вымер еще в начале XIX в., на о. Ланаи исчез в 30-х годах нашего столетия, а на островах Молокаи и Кауаи стал очень редким, лишь на о. Гавайи сохранилась вполне жизнеспособная популяция (более 1 тыс. птиц в национальном парке Волкано). Причины исчезновения гавайского дрозда на более мелких островах архипелага те же, что и для пальмерова дрозда, но значительную роль, вероятно, имели завезенные с интродуцированными птицами заболевания.

Гавайские камышовки (Acrocephalus familiaris) когда-то, вероятно, встречались на многих островах архипелага, но ко времени изучения его авифауны были обнаружены лишь на о. Лайсан (A.f.familiaris) и о. Нихоа (A.f.kingi). Лайсанскую гавайскую камышовку с 1923 г. больше никто не видел, и она внесена в список вымерших птиц, а на охраняемом о. Нихоа в кустарниковых зарослях пока еще существует популяция местных камышовок, численность которой колеблется от 200 до 600 особей. В связи с тем что номинативный подвид вымер, многие специалисты считают нихоаскую гавайскую камышовку самостоятельным видом - А. kingi. В последние годы отмечены частые случаи проявления частичного альбинизма среди птиц этой популяции, что, по мнению III. Конант, объясняется высокой степенью инбридинга.

Из 5 видов гавайских медососов, или "оо", сохранились лишь 2; 2 вида вымерли еще в прошлом веке, а еще один (Moho nobilis) исчез в 30-х годах нашего столетия. Долгое время считали вымершим и жителя о. Молокаи желтоухого гавайского медососа (М. bishopi). Последний раз его видели в 1915 г., поэтому встреча в мае 1981 г. на соседнем о. Мауи птицы, сходной по описанию с вымершим желтоухим медососом, была весьма неожиданной. Эту крупную птицу видели в горном лесу на высоте 1900 м над ур. м. в восточной части острова в лесном резервате Коолау. По-видимому, крошечная популяция желтоухого гавайского медососа выдержала натиск цивилизации и болезней. Сейчас необходимы срочные меры, чтобы этот вид опять не попал в список вымерших.

К категории исчезающих птиц относится и эндемик о. Кауаи чешуегорлый гавайский медосос (M. braccatus), существование которого в природе также много лет было сомнительным. Лишь в 1960 г., когда из 13 встреченных птиц одна была добыта, специалисты поверили, что чешуегорлый медосос на о. Кауаи еще сохранился. В заболоченном лесу Алакаи на высоте около 1000 м над ур. м. живет реликтовая популяция этого медососа. В мае 1971 г. в нише ствола погибшего дерева было даже найдено гнездо с двумя птенцами. Орнитологи, посещавшие созданный здесь срочно резерват, в 70-х годах видели около 6 птиц - жалкие остатки угасающего вида.

Табл. 15. 1. Гавайский дрозд. 2. Чернолицая цветочница-пооули. 3. Хохлатая гавайская цветочница. 4. Светлая серпоклювка-акиалоа. 5. Пальмеров дрозд. 6. Крючкоклювый гавайский вьюрок. 7. Чешуегорлый гавайский медосос. 8. Гавайская казарка, или нене. 9. Вьюрковая цветочница-палила
Табл. 15. 1. Гавайский дрозд. 2. Чернолицая цветочница-пооули. 3. Хохлатая гавайская цветочница. 4. Светлая серпоклювка-акиалоа. 5. Пальмеров дрозд. 6. Крючкоклювый гавайский вьюрок. 7. Чешуегорлый гавайский медосос. 8. Гавайская казарка, или нене. 9. Вьюрковая цветочница-палила

Табл. 15. 1. Гавайский дрозд. 2. Чернолицая цветочница-пооули. 3. Хохлатая гавайская цветочница. 4. Светлая серпоклювка-акиалоа. 5. Пальмеров дрозд. 6. Крючкоклювый гавайский вьюрок. 7. Чешуегорлый гавайский медосос. 8. Гавайская казарка, или нене. 9. Вьюрковая цветочница-палила
Табл. 15. 1. Гавайский дрозд. 2. Чернолицая цветочница-пооули. 3. Хохлатая гавайская цветочница. 4. Светлая серпоклювка-акиалоа. 5. Пальмеров дрозд. 6. Крючкоклювый гавайский вьюрок. 7. Чешуегорлый гавайский медосос. 8. Гавайская казарка, или нене. 9. Вьюрковая цветочница-палила

Особый интерес среди воробьиных птиц представляют гавайские цветочницы, которых объединяют в эндемичное семейство Drepanididae. Единого мнения о происхождении гавайских цветочниц нет, но, несомненно, все они являются далекими потомками разных видов птиц, близких к современным древесницам, вьюрковым и овсянковым, стайки которых, преимущественно из Америки, во время миграций были занесены на Гавайские о-ва много тысяч и даже сотен тысяч лет тому назад. Эволюция этих островных птиц шла в направлении специализации питания и соответственно изменения формы клюва. Одни приспособились к высасыванию из цветов нектара, другие - к поиску и сбору насекомых, в том числе и из-под коры деревьев, а некоторые стали зерноядными и даже всеядными. Именно на Гавайских о-вах отмечена параллельная эволюция цветков некоторых эндемичных видов растений, например из рода гибискадельфусов, приспособленных к опылению различными гавайскими цветочницами. В связи с тем что из 23 известных видов гавайских цветочниц около 8 вымерли, а из 24 подвидов, населявших разные Острова архипелага, исчезли 9, некоторые виды растений лишились своих опылителей. В последнее время у отдельных растений наблюдается смена птиц-опылителей за счет некоторых интродуцированных и акклиматизировавшихся на островах новых видов птиц.

Полинезийцы достаточно хорошо знали птиц островов, и местные названия гавайских цветочниц укоренились в специальной английской, а затем и немецкой литературе. К сожалению, утратив первоначальное смысловое значение, многие полинезийские наименования из зарубежных изданий попали в отечественную литературу. И теперь в научных и популярных книгах можно встретить гавайских цветочниц под названием "пооули", "анианиау", "нукупуу", "оу" и т. п., которые труднопроизносимы и не дают читателю представления даже об облике птицы, скрывающейся под таким именем. Поэтому, пытаясь сохранить преемственность, местные названия приведены лишь как дополнительные.

Из вероятных потомков американских древесниц почти на всех островах встречаются представители рода Loxops. Эти птицы чуть крупнее воробья, с бледной окраской с преобладанием зеленоватых желтых и коричневатых цветов, несколько различной у самцов и самок. Благодаря различию в строении клюва и способах кормления разные виды гавайских древесниц даже на одном острове занимают и разные экологические ниши. Так, гавайская древесница-алаувахио (Loxops maculatus) имеет длинный прямой клюв и кормится насекомыми, которых собирает, подобно нашим поползням и пищухам, со стволов и ветвей деревьев, поэтому ее иногда выделяют в особый род Paroreomyza, или Oreomystis. У гавайской древесницы-акепы (L. coccineus) концы клюва перекрещиваются, как у клеста, что позволяет ей ловко вскрывать почки и бутоны, из которых она достает насекомых. Другие виды имеют более короткий и прямой клюв и питаются нектаром и насекомыми. Распространение этих птиц ограничено участками девственных влажных лесов, остатки которых сохранились на островах в горных районах.

Из 6 подвидов древесницы-алаувахио один (L. maculatus montanus) на о. Ланаи вымер в конце 30-х годов, предполагали, что вымер и подвид на о. Молокаи (L. m. flammeus), но в 1961-1963 гг. там видели 1-2 птицы, хотя, сохранилась ли эта крошечная популяция сейчас, сведений нет. Под угрозой исчезновения находится и номинативный подвид на о. Оаху, где в 70-х годах наблюдали или слышали единичных особей. Биология этих птиц почти не изучена, но у гавайского подвида древесницы-алаувахио чашевидное гнездо с кладкой из двух голубовато-белых с бурыми пятнышками яиц было расположено в развилке ветвей высоко над землей.

На о. Гавайи большая гавайская древесница-амакихи (L. sagittirostris) была впервые найдена в 1892 г., но уже в 1900 г. для коллекций были добыты последние особи этого вида. Довольно редким стал здесь многочисленный прежде местный (номинативный) подвид гавайской древесницы-акепы - L. coccineus coccineus. Хотя в 70-х годах ежегодно отмечали всего по 10-15 особей, полагают, что на о. Гавайи популяция этих птиц достигает 4-5 тыс. особей, обитающих преимущественно в районе Кау и лесном резервате Килауеа. В мае 1976 г. было найдено гнездо акепы с тремя яйцами, расположенное в дупле дерева. Через пару лет нашли еще 2 гнезда, устроенные в дуплах, и были начаты опыты по привлечению древесницы-акепы в искусственные гнездовья.

На о. Оаху последняя особь местного подвида древесницы-акепы (L. coccineus rufus) была добыта в 1893 г., но в 1903 г. еще видели пару птиц, после чего этот подвид зачислили в перечень вымерших. Однако в 1977 г. в одной из публикаций появились сведения, что этот подвид на о. Оаху, возможно, существует, хотя никаких доказательств этому пока нет. Можно предполагать, что древесница-акепа (подвид L. c. ochraceus) еще сохранилась и на о. Мауи: песни одиночных птиц здесь слышали в 1970, 1972 и 1973 гг.

В июле 1973 г. на о. Мауи на склоне вулкана Халеакала в дождевом тропическом лесу на высоте 1500-2000 м над ур. м. обнаружили новый эндемичный вид и род - чернолицую цветочницу-пооули (Melamprosops phaeosoma). По специальному разрешению были добыты 2 птицы - маленькие, с коротким и острым клювом. Исследования показали, что этот вид произошел от предков, видимо, близких к таковым рода гавайских древесниц. Биология этих птиц пока неизвестна, но в их желудках были обнаружены семена и остатки насекомых и мелких моллюсков. Принимая во внимание, что в районе, довольно хорошо изученном, чернолицая цветочница-пооули столь много лет оставалась неизвестной специалистам, можно предполагать, что она уже издавна была редкой; за последние годы ее видели всего несколько раз. Сейчас места обитания ее ограничены остатками влажных тропических лесов. К счастью, они находятся на территории лесного резервата Коолау, примыкающего с севера к национальному парку Халеакала.

Из четырех видов гавайских серпоклювок рода Hemignathus еще до начала нашего века, вероятно, вымерли все 3 подвида темной гавайской серпоклювки-акиалоа (Hemignathus obscurus), населявшие острова Гавайи, Ланаи и Оаху. Сведения о возможных встречах этих птиц в 30-х годах на о. Гавайи пока не подтверждены. Светлая серпоклювка-акиалоа (Н.procerus), которую некоторые специалисты считают подвидом вымершей темной серпоклювки, возможно, еще сохранилась на о. Кауаи. Это довольно крупная зеленовато-желтая птица с необычайно длинным серповидным клювом. Обследуя полусгнившие или с мягкой древесиной деревья и древовидные папоротники, серпоклювки не только вытаскивают насекомых и их личинок из узких ходов и щелей, но и откалывают кусочки коры и древесины в поисках различных беспозвоночных. Светлая серпоклювка-акиалоа на о. Кауаи была весьма обычной до начала нашего века, но затем в течение 10-20 лет ее никто не видел. В 1960 г. двух светлых серпоклювок обнаружили во влажном лесу у окраины болота Алакаи (1200 м над ур. м.) и еще одну птицу наблюдали там же в 1965 г. В последующие годы поиски этого вида оказались безрезультатными, хотя вся территория возможного обитания птиц у болота Алакаи взята под охрану (объявлена заказником).

Здесь же, в лесах болота Алакаи на о. Кауаи, изредка еще встречают местный подвид гавайской серпоклювки-нукупуу (H. lucidus hanapepe). Эта желтая с белым животом серпоклювка мельче серпоклювки-акиалоа и с более коротким клювом, а надклювье почти вдвое длиннее подклювья. Этих птиц 2-3 раза видели в 1960-1964 гг. и по одному разу в 1972 и 1974 гг. Другой подвид серпоклювки-нукупуу (H. l. affinis) на о. Мауи считали вымершим еще в конце прошлого века, но в августе 1967 г. У. Банко увидел двух или трех птиц в лесу на северо-восточном склоне вулкана Халеакала, там же серпоклювок-нукупуу наблюдали в 1972 и 1973 гг. Это позволяет надеяться, что на о. Мауи эти птицы еще существуют. Обнадеживает сообщение Ч. Рипера о встрече в 1972 г. серпоклювки-нукупуу в лесу на горе Когала на о. Гавайи. Если это действительно так, то исчезающий подвид еще можно сохранить. К сожалению, для третьего, номинативного подвида серпоклювки-нукупуу, обитавшей на о. Оаху, такой надежды уже нет - с 1860 г. он считается вымершим.

Гавайскую серпоклювку-акиаполау (H. wilsoni) можно считать редкой птицей, но исчезновение ей не угрожает. От других видов серпоклювок, помимо окраски, она отличается коротким прямым подклювьем, достигающим лишь середины изогнутого надклювья - это довольно совершенное орудие для отслаивания коры и поиска под ней насекомых. Найденные гнезда птиц были устроены в нишах стволов деревьев. Хотя ареал серпоклювки-акиаполау на о. Гавайи существенно сократился и состоит теперь из нескольких участков в разных районах острова, но в сохранившихся охраняемых массивах леса эти птицы нередки. Например, в лесном резервате Килауеа в декабре 1972 г. за день видели 30, а в августе 1975 г. около 50 особей. Если для других видов гавайских серпоклювок причиной исчезновения или современного бедственного положения стали завезенные птичьи болезни, то вызывает недоумение, как устоял перед ними этот вид на о. Гавайи.

Оливково-зеленый с желтой грудью и такого же цвета "бровью" крючкоклювый гавайский вьюрок (Pseudonestor xanthophrys) имеет клюв, похожий на клюв попугая. Птица пользуется им для поиска насекомых, раздалбливая сучки, кору и отмирающую древесину деревьев. Более крупные и с более мощным клювом самцы чаще кормятся на больших деревьях, а самки предпочитают кустарники. Крючкоклювый гавайский вьюрок, представитель монотипичного рода, встречается только на о. Мауи, где с прошлого века обитал на склонах вулкана Халеакала, преимущественно в тропическом лесу с преобладанием акации-коа. Эти акации большей частью погибли, но крючкоклювые вьюрки еще сохранились: их видели в лесу на северных и восточных склонах в 1950, 1967, 1973 и 1980 гг. По-видимому, общая популяция этих птиц еще насчитывает более 100 особей, но гнезд их пока никто не находил.

Из шести видов довольно крупных гавайских вьюрковых цветочниц 3 вида, обитавших на о. Гавайи, вымерли на рубеже XIX-XX вв., примерно в течение 10 лет после того как они были впервые добыты и описаны специалистами. Это были вьюрковые цветочницы: желтоголовая (Psittirostra flaviceps), большеклювая (P. kona) и оранжевогрудая (P.palmeri). Однако вьюрковая цветочница-палила (Psittirostra bailleui) на о. Гавайи сохранилась, и ее популяция сейчас вполне жизнеспособна. Величиной с клеста, с коротким, но высоким клювом цветочница-палила (ее иногда выделяют в отдельный род Loxioides) в настоящее время живет только в лесах по склонам вулкана Мауна-Кеа. Небольшие группы этих птиц с желтой окраской головы и груди, белым животом и черными крыльями и хвостом можно увидеть снующими среди ветвей в поисках плодов, семян, почек и насекомых. В марте - апреле на горизонтальных ветках деревьев птицы строят гнездо. Самка откладывает всего 2 яйца и насиживает их 15-16 дней. Чаще всего выживает один птенец, который через 21-27 дней покидает гнездо, но еще с месяц держится с родителями. Численность популяции цветочницы-палилы подвержена значительным колебаниям: в начале 60-х годов наблюдалось резкое снижение численности этих птиц, но в 1981 г. она достигла 6,4 тыс. особей, а в 1984 г. на о. Гавайи обитали около 2 тыс. цветочниц-палил.

Вьюрковая цветочница-оу (Psittirostra psittacea) раньше встречалась на шести главных Гавайских о-вах, но теперь она сохранилась только на о. Кауаи и в очень малом количестве на о. Гавайи. Размером и внешностью цветочницы-оу похожи на цветочниц-палила, но у самцов верхняя сторона тела, крылья и хвост оливково-зеленые, а нижняя зеленовато-серая, а у самок голова не желтая, а зеленая и оперение более темное. Особенно характерен у цветочниц-оу клюв: относительно тонкий и короткий, он изогнут крючком и хорошо приспособлен для питания фруктами. В поисках спелых плодов птицы кочевали по лесам и, возможно, даже перелетали с острова на остров, так как цветочницы-оу с разных островов не имели отличий. Гнезд этих птиц пока не находили, а общая их численность едва ли превышает несколько сотен особей, главным образом на о. Кауаи.

Довольно крупная, черная с оранжевыми полосками и пятнами, пучком белых перьев у лобной части и с удлиненным острым клювом хохлатая гавайская цветочница (Palmeria dolei) прежде населяла дождевые тропические леса с кустарниковыми зарослями на островах Молокаи и Мауи. На о. Молокаи стайку этих птиц последний раз видели в 1907 г., но в нескольких ущельях по склонам вулкана Халеакала на о. Мауи маленькая популяция хохлатых цветочниц существует до сих пор. Кормятся эти птицы нектаром цветов и насекомыми. Биология хохлатых цветочниц не изучена, не найдены до сих пор и их гнезда. В 1942, 1943, 1950, 1965 и 1967 гг. орнитологи видели или слышали нескольких птиц этого вида на территории национального парка Халеакала, но общая их численность неизвестна. Вид внесен в список птиц, находящихся под угрозой исчезновения.

* * *

В восточной части Тихого океана, под самым экватором расположены удивительные по составу флоры и фауны вулканические острова Галапагос. Длительная изоляция островных популяций животных и отсутствие хищников привели к образованию различных узкоспециализированных видов, в том числе особого подсемейства галапагосских, или дарвиновых вьюрков - Geospizinae. Хотя фауна Галапагосов в некоторой степени пострадала от деятельности мореплавателей и колонистов, большинство эндемичных видов животных сохранились до наших дней. Создание Галапагосского национального парка и под эгидой ЮНЕСКО и МСОП международной биологической станции на этих островах позволяет надеяться сохранить для потомков их уникальные фауну и флору. Из птиц Галапагосов пока в Красную книгу занесен лишь номинативный подвид большого земляного вьюрка (Geospiza m. magnirostris), гнездившийся на о. Флореана (о. Санта-Мария). Последний экземпляр этого вьюрка был добыт в 1957 г. и не исключено, что в природе он больше не существует. Другой подвид большого земляного вьюрка - G. m. strenua - довольно обычен на некоторых островах архипелага. Этот вьюрок отличается крупным и мощным клювом, позволяющим ему раздавливать оболочку большинства плодов, содержимое которых недоступно другим видам. Большие земляные вьюрки в течение года могут иметь до четырех кладок с 3-4 яйцами в каждой. Период насиживания составляет всего 10-14 дней, а через 11-17 дней птенцы покидают гнездо. Таким образом, уровень воспроизводства у этого вида достаточно высокий, нет и конкурентов в отношении питания, поэтому причины исчезновения номинативного подвида на о. Флореана пока не ясны.

* * *

Рассказывая о редких и исчезающих птицах Австралии и Океании, следует упомянуть и птиц, которые большую часть времени проводят, странствуя в открытом океане, изредка появляясь у побережий островов или материков, и лишь в период размножения возвращаются к какому-либо острову. Это главным образом альбатросы, буревестники и тайфунники. Одни из них - крупные птицы с узкими и длинными крыльями, приспособившиеся к длительному планированию, другие похожи на длиннокрылых чаек. Однако все они имеют характерное строение клюва, поэтому объединены в отряд трубконосых. Расцветка их довольно однообразна: сочетание белого, черного, бурого и серого цветов, соотношение которых меняется в зависимости от возраста. Среди этих морских птиц также имеются виды, заслуживающие особого внимания по причине их редкости или современного бедственного положения.

В Красную книгу СССР занесен белоспинный альбатрос (Diomedea albatrus), изредка в период кочевок появляющийся у берегов Дальнего Востока и Камчатки. Родиной этих птиц является вулканический о. Торисима, расположенный между Японией и о-вами Огасаваро (Бонин). В прошлом гнездовья белоспинных альбатросов находили и на других островах северо-запада Тихого океана, преимущественно на островах архипелага Нампо. Еще во второй половине XIX в. колонии этих птиц достигали десятков тысяч особей, из которых более 100 тыс. обитали на о. Торисима. На этом и некоторых других островах возникли небольшие поселки, жители которых добывали альбатросов с целью заготовки перьев. До 1903 г., когда извержение вулкана уничтожило поселок на о. Торисима, были добыты около 5 млн. белоспинных альбатросов. В 1933 г. на острове еще гнездились почти 100 птиц, но новое извержение в 1939 г. залило лавой места колоний, и вид оказался на грани исчезновения. В 1950-1954 гг. на о. Торисима загнездились несколько пар белоспинных альбатросов, и постепенно численность этих птиц, объявленных в Японии национальным памятником, стала возрастать. Сейчас этот вид внесен в Приложение I СИТЕС, а о. Торисима имеет статус специализированного резервата. Однако процесс восстановления популяции идет очень медленно: альбатросы начинают размножаться в возрасте около 7 лет, гнездятся один раз в 2-3 года, единственное яйцо птицы насиживают 64-65 сут, но от числа отложенных яиц выживают в среднем менее половины птенцов. В настоящее время, по мнению X. Хасегавы, мировая популяция белоспинного альбатроса насчитывает 250 или немногим более особей.

Табл. 16. 1. Черный буревестник. 2. Тайфунник Баро. 3. Тайфунник Сальвина. 4. Буревестник Хейнрота. 5. Белоспинный альбатрос. 6. Рождественский фрегат. 7. Бермудский тайфунник. 8. Олуша Аббота
Табл. 16. 1. Черный буревестник. 2. Тайфунник Баро. 3. Тайфунник Сальвина. 4. Буревестник Хейнрота. 5. Белоспинный альбатрос. 6. Рождественский фрегат. 7. Бермудский тайфунник. 8. Олуша Аббота

Табл. 16. 1. Черный буревестник. 2. Тайфунник Баро. 3. Тайфунник Сальвина. 4. Буревестник Хейнрота. 5. Белоспинный альбатрос. 6. Рождественский фрегат. 7. Бермудский тайфунник. 8. Олуша Аббота
Табл. 16. 1. Черный буревестник. 2. Тайфунник Баро. 3. Тайфунник Сальвина. 4. Буревестник Хейнрота. 5. Белоспинный альбатрос. 6. Рождественский фрегат. 7. Бермудский тайфунник. 8. Олуша Аббота

Большинство редких видов тайфунников и буревестников гнездятся на островах юга Тихого океана. Один из них, величиной с мелкую чайку, коричневато-черный тайфунник Макджилливри (Pterodroma macgillivrayi) был известен лишь по единственному экземпляру, добытому в 1855 г. на о. Нгау (архипелаг Фиджи). Некоторые специалисты считали его морфой или подвидом тайфунника Бульвера, населяющего многие острова Океании, и относили к роду Bulweria. В 1925 и 1971 гг. в море видели птиц, похожих на этого тайфунника, но лишь в 1984 г. было получено подтверждение, что вид этот не вымер. В этот год по инициативе СИПО английский орнитолог Д. Уотлинг на берегу о. Нгау проигрывал на магнитофоне крики кольчатого белокрылого тайфунника и периодически освещал поверхность моря у литорали вспышками мощной лампы. После очередной вспышки света он поймал птицу, в которой узнал таинственного тайфунника Макджилливри. Сфотографировав и окольцевав птицу, Д. Уотлинг выпустил ее в надежде продолжить в следующие сезоны поиск гнездовий этого тайфунника. По-видимому, ночная активность и очень низкая численность этого вида и обусловили столь редкие его встречи.

Более 100 лет считали вымершим крупного чатемского, или маджентского, тайфунника (P. magentae), один экземпляр которого был добыт в 1867 г. близ о. Питкэрн (Таумоту). В кухонных отбросах полинезийцев на о-вах Чатем находили довольно много костей тайфунника, которого назвали "таико", а в 1964 г. У. Бурне предположил, что чатемский тайфунник и "таико" - один и тот же вид. Действительно, в 1978 г. во время кольцевания птиц на о. Чатем поймали 5, а в 1980 г. еще 3 чатемских тайфунников. Благодаря работам М. Имбера выяснилось, что этот вид гнездится на острове в норах по крутым, заросшим кустарником и лесом склонам побережья. Активны птицы преимущественно в ночной период. В период гнездования днем они становились легкой добычей первых поселенцев островов (этим и объясняется обилие костей этих птиц в кухонных остатках). Позднее на численности популяции сказалась деятельность интродуцированных кошек и крыс. Общая численность этого вида составляет, видимо, 20-30 особей, а уровень воспроизводства очень низкий: при наступлении половозрелости на восьмом году жизни каждая пара может вырастить по одному птенцу в год.

На о. Саут-Ист площадью 2,5 км2 (группа о-вов Чатем) гнездится тайфунник Сальвина (P. axillaris; в Красную книгу он внесен как подвид бонинского тайфунника - P. hypoleuca axillaris). Эти птицы роют норы для гнезд среди корней деревьев на низменной равнине и в нижней части прибрежных склонов. С 1954 г. о. Саут-Ист объявлен резерватом, и к 1961 г. с него были вывезены все овцы, которые нанесли серьезный ущерб местообитаниям здешних птиц. В настоящее время полагают, что общая популяция тайфунника Сальвина не превышает 500 особей, но она относительно стабильна.

В северо-восточной части Новой Зеландии (острова Хен и Чикенс, Пур-Найтс, Стефенсон и др.) гнездятся тайфунники Пайкрофта (P. pycrofti), темно-серые сверху и белые снизу и похожие в полете на многих других мелких тайфунников. В природе сохранилось, вероятно, менее 200 гнездящихся пар этих птиц; по крайней мере, оценку в 500 пар следует считать максимально возможной. В зимний период у берегов Новой Зеландии этих птиц не наблюдали, поэтому полагают, что они откочевывают к северу. У гнездовых нор тайфунники Пайкрофта появляются за 20-40 дней до начала откладки яиц, которая продолжается с середины ноября до конца первой декады декабря. Насиживание продолжается около 45 дней, а через 75-85 дней молодые начинают летать. Сокращение численности гнездящихся в норах тайфунников Пайкрофта на островах, заселенных крысами и другими хищниками, вполне объяснимо, но Дж. Бартл отметил уменьшение этих птиц и на охраняемых островах, где нет интродуцированных хищников. Вероятно, основное значение имеют необратимое изменение местообитаний и конкуренция со стороны других видов тайфунников и буревестников.

В соответствии с законодательством правительства Новой Зеландии все виды редких тайфунников взяты под охрану. Охраняется и занесенный в Красную книгу черный буревестник (Procellaria parkinsoni). Гнездится он в норах, которые роет между корней деревьев, главным образом на островах Литл-Барриер и Грейт-Барриер. Хотя в целом популяцию черного буревестника оценивают до 2 тыс. особей (из них 200-300 пар гнездятся на о. Литл-Барриер), одичавшие кошки на островах в 70-х годах уничтожили большую часть вылупившихся птенцов, а также убивали и взрослых птиц.

Несмотря на многолетнюю упорную борьбу с кошками, полностью истребить их на островах пока не удается, и численность черных буревестников продолжает сокращаться.

В Красную книгу занесены буревестник Хейнрота (Puffinus heinrothi), которого несколько раз встречали у северного побережья о. Новая Британия (архипелаг Бисмарка) и у о. Бугенвиль (Соломоновы о-ва), а также ряд островных подвидов некоторых широко распространенных видов буревестников и тайфунников. Численность большинства из них достигает несколько тысяч особей, и в ближайшее время непосредственной угрозы их существованию нет. В то же время следует отметить, что в последние годы смертность многих видов морских птиц значительно увеличилась. Известны и случаи массовой их гибели, причины которых не всегда удается установить. Несомненно, что определенную роль в этом играет общее загрязнение морей и океанов, в том числе и в результате испытаний атомного оружия.

предыдущая главасодержаниеследующая глава







Ученые нашли «биокомпас» в птичьих глазах

Самая старая птица выводит потомство в 67 лет

Хищные птицы отпугивают лондонских голубей

Голуби используют шум крыльев для коммуникации

Последний из рода мохо

Конкурсы певчих птиц – популярное увлечение в Индонезии

Почтовые голуби пользуются опытом предыдущих поколений

Десять самых красивых птиц в мире

Ученые объяснили форму птичьих яиц

Десять самых маленьких птиц в мире

Птенец из бирманского янтаря помог уточнить особенности развития мезозойских птиц

Популярность Гарри Поттера угрожает индонезийским совам

Топ-10 самых опасных хищных птиц

У кого четыре пола

У самой старой 66-летней птицы вылупился птенец
© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, статьи, оформление, разработка ПО 2001-2018
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку на страницу источник:
http://ornithology.su/ 'Ornithology.su: Библиотека по орнитологии'
Рейтинг@Mail.ru